Кровь и лунный свет

Я вздыхаю, выпрямляюсь у окна мастерской – и в то же мгновение магистр Томас спускается по лестнице. Увидев меня, он останавливается, а его брови взлетают так высоко, что исчезают под каштановыми волосами, выглядывающими из-под кепки.

– Катрин? – зовет он. – Мне казалось, ты легла еще несколько часов назад.

– Нет, магистр.

Я снимаю упор, закрываю ставни, задвигаю засов – и поворачиваюсь к начальнику, который, нахмурившись, смотрит на меня.

– Знай я тебя лучше, – замечает он, – предположил бы по одежде, что ты собралась где-то лазить.

После ужина я сменила рабочую юбку длиной до икр на ту, что едва прикрывала ноги, а под нее натянула мужские бриджи и стянула волосы в пучок.

– Да, – признаю я. – Хочу проверить поперечную балку на южных лесах. Сегодня утром мне показалось, что она прогнулась.

Главный архитектор хмурится еще сильнее, на лбу у него появляются морщины.

– Почему ты не сделала этого раньше?

– Ну… – Я начинаю загибать пальцы. – Проводила экскурсию по стройплощадке для графа Монкюира, проверяла, на правильном ли уровне установлена дренажная система, оформляла заказы на камень, которые ждут вашей подписи, ходила на рынок за свежим розмарином для госпожи Лафонтен.

– Хм… – Архитектор смотрит на мой пояс, но там нет молоточка, который я обычно ношу с собой. – И они не распускают руки, которые можно сломать. Сколько на этой неделе? – строго спрашивает он.

Магистр Томас злится не на меня, поэтому я отвечаю с улыбкой:

– Всего три или четыре.

Если бы подмастерья – и даже некоторые мастера – держали руки при себе, им бы не пришлось волноваться за свои пальцы. В первый раз я бью недостаточно сильно, чтобы сломать кости, и многим этого хватает.

– Покажи, какая из балок вызвала твое беспокойство. – Магистр Томас кивает на уменьшенную модель городского святилища, которая занимает большую часть комнаты.

Она такая же старая, как само святилище, строить которое начали несколько десятилетий назад.

Я прохожу вдоль стен к дальнему концу стола, а архитектор занимает место с противоположной стороны. На самом деле слово «модель» не совсем верное: перед нами точная и пропорционально уменьшенная копия Т-образного здания, каким его задумывали изначально, начиная с двух квадратных башен у западных ворот и поперечной части, которая тянется с севера на юг, заканчиваясь окошками, черепицей и камнями в кладке.