Дороже клятвы

Я царапала его руки, отдирая их от себя, но мужчина только сильнее стискивал пальцы. Его глаза налились кровью, а рот исказился в гримасе ненависти. Лицо, нависшее надо мной, больше не принадлежало человеку, это был зверь. – Генри! – мужчина обернулся, продолжая удерживать меня за горло, не обращая внимания на мои попытки высвободиться. – Помнишь Хлою? Ты был первым у нее! Как ты смотришь на то, что я стану первым у твоей сестры?

Перед глазами мельтешили красные точки, я как рыба, выброшенная на берег, открывала и закрывала рот, напрасно пытаясь сделать хотя бы маленький глоток воздуха.

Мои руки, которыми я пыталась отодрать его пальцы, стремительно слабели, и, наконец, соскользнули и повисли вдоль тела. Я уже начала прощаться с жизнью, когда Дьявол отпустил меня. Воздух, стремительно ворвался в легкие, вызвав сильнейший кашель. Я упала на бок и, поджав ноги к животу, схватилась за горло, меня затрясло в рыданиях и кашле. Я судорожно хватала ртом воздух и не могла надышаться. Голова гудела, как будто я находилась внутри огромного колокола, по которому ударили деревянным молотком. До меня долетали обрывки фраз, смысл которых я долго не могла понять.

– Скажи, что это неправда, – услышала я бормотание Мэри, которая продолжала прижимать к себе детей, ставших свидетелями всему творившемуся кошмару. Я часто моргала, пытаясь сосредоточиться на открывшейся мне картине. Генри виновато опустил голову, и его жена напряженно всматривалась в его сжавшуюся фигуру.

– Ты был у нее первый! – громогласно повторил Дерек.

Этот страшный человек повернулся ко мне: – Пришла в себя? – спросил он, и, не дав больше ни мгновения собраться с мыслями, снова схватил за волосы, запрокидывая мне голову. – А потом отдал своим людям. Как думаешь, будет справедливо, если я поступлю так же с твоей сестрой?

Боже! Только не это! Осознание безысходности и неотвратимости страшного конца затопило меня с головой. Я отчаянно затрепыхалась, пытаясь соскочить со стола, но Дьявол играючи удерживал меня на месте.

– Один за другим они будут входить в тело твоей невинной сестры, разрывать его, пока не насытятся. А затем убьют ее, как твои люди убили Хлою, когда натешились! Вот так! – резкий взмах ножа, и я, вскрикнув, схватилась за горло, тщетно пытаясь зажать смертельную рану. Сквозь звон в ушах я слышала его демонический хохот и отчаянные крики моих родных.

В нахлынувшей панике я делала один короткий вдох за другим и удивлялась, что могу дышать.