Опасные желания

Молли Макклири – невестка Эймоса – распростерлась на туше Самсона, любимого жеребца ее мужа. Это был огромный конь ростом почти девятнадцать хэндов[1 - Хэнд (англ. hand) – мера длины, используемая для измерения роста лошадей. 19 хэндов = 193,4 см.], но теперь, лежа на пыльной дороге и хрипя от боли, он казался намного меньше. Молли цеплялась за животное и всхлипывала, уткнувшись в чепрак. Края ткани были изорваны и покрыты бурыми пятнами. Кровь. В воздухе стоял едкий металлический запах.

– Мерри, ты не могла бы отвести Сейди к школе поиграть с другими детьми? – попросила я, пытаясь заслонить лицо сестренки руками, чтобы скрыть от нее ужасную сцену.

Обоз под предводительством Джебедайи Макклири верхом на Самсоне вышел из города всего день назад. Что бы с ними ни случилось, семилетней девочке точно не стоило это слушать, какой бы взрослой она себя ни считала. Сейди начала вырываться, мотая светлыми косичками.

– Я хочу остаться, – возразила она. – Я уже не маленькая.

– Никто и не говорит… – начала было я, но Мерри умело перехватила инициативу.

– Смотри, вон Пардон и Тринити. – Она указала на подружек Сейди, которые тоже топтались у края толпы, то и дело поднимаясь на цыпочки, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь. – Ты слышала, что Тринити на прошлой неделе подобрала пять костей? За один раз.

– Это невозможно, – фыркнула Сейди, с глубоким подозрением глядя на подружку.

Мерри пожала плечами:

– Так она сказала.

Сейди сунула руку в карман и достала горсть металлических безделушек.

– Я взяла свои с собой. Пойдем посмотрим, сможет ли она это доказать.

Она всегда носила с собой игральные кости, и мы все это знали. Я благодарно улыбнулась Мерри, когда наша сестренка громко вызвала девочек на игру в кости. Вскоре они уже отбежали от толпы и расположились на крыльце школы, расправив на ступеньках свои легкие муслиновые юбочки. Мерри тоже присоединилась к их игре, отвлекая девочек, но я чувствовала, как ее встревоженный взгляд то и дело возвращается ко мне.

– Ты этого не сделаешь! Не сделаешь! – закричала Молли на Старейшину Маттиаса Додсона, вновь приковывая мое внимание к сцене перед магазином.

– Молли, посмотри на его ногу. Кость раздроблена. Такое не вылечить. Он уже не сможет ходить.

– Но он ведь сам вернулся сюда, разве нет? Значит, все не так плохо.

У меня перехватило дыхание, когда я заметила сломанную заднюю ногу животного.