Однажды кажется окажется. Книга 1

Оранжевые иглы остались в её волосах, когда она распрямилась. – Соня! Что мне делать?

– Пои пои пои пои пои, – неслось как трель жаворонка. Но не в небо – в землю. Звук саблей протыкал её.

Рэна посмотрела на Хорту:

– Кричит. Еду не ест, сном не спит, в волосах скоро чёрты заведутся. Говоришь, зачем я тут? А чтобы ты лесным духам душу не отдавала!

Полина стояла к ней спиной и не шевелилась:

– Да хоть бы и отдать не жалко, если это Соню вернёт.

– Зацепилась же за место, ты гляди.

С землёй говорит, – Рэна снова обратилась к собаке.

Полина мелко дрожала, и Рэне показалось, что та плачет.

– Ну что ты, что ты. – Она грузно встала, начала было утешительную речь. Но посмотрела Полине в лицо и осеклась: та стояла посередине поляны и широко улыбалась.

Глава 6

Петя

1

Полину Олеговну они увидели, когда шли с завтрака. Она металась по главной аллее: тёмный бинт торчал из дырки на джинсах, волосы спутаны и давно не мыты. Марта с Лизой остановились в нескольких шагах: от Сониной мамы веяло кислым, тяжёлым запахом горя.

Тина бросилась к ней.

– Я вас везде ищу! – затараторила она. – Я помогать хочу.

Полина рассеянно смотрела на Мишаеву.

– Тина, – сказала она неуверенно, будто вспоминала её имя, – мне нужен шланг для полива.

Тинка стушевалась.

– Полина Олеговна… – начала она, но женщина её перебила:

– Соня жива. Их там двое. Она хочет пить.

– Как здорово, Полина Олеговна!

Полина вдруг толкнула Тину.

Девочка споткнулась о бордюр, пробежала по траве несколько шагов.

– Моя дочь стала берёзой из-за ваших игр!

Девочки молчали, не зная, что сказать. Тинка стремительно краснела, и Марта поняла, что Мишаева-старшая сейчас заплачет.

– А куда вы хотите шланг… тянуть? – наконец спросила Майя. Она единственная осталась спокойной и наблюдала за ситуацией как бы со стороны.

– Я вёдра ношу, – ответила Полина, – так много разве наносишь. Мне нужно.

На поляну. На ту.

По аллее бежал Яртышников. Подошёл Ван-Иван:

– Дык запрещено шланг. С территории лагеря. И куда вы его подкрутите? Отседова он не дотянется.

Яртышников обнял Полину, как ребёнка, повёл в третий корпус. Она сразу сдалась, обмякла, съёжилась. Девочки долго смотрели, как идут по аллее, как исчезают за кустами две их скорбные фигуры.

– Вот тебе расклад, – пробормотала Лизка.

– Ты слышала её? – яростно выплюнула Тина.