Ольга Яковлева

Но сегодня ей и без того хватало забот… Из лесу они вернутся часа в три, в четыре. Выходит, Ольги не будет целый день. А там уж до вечера только останется маленький кусочек. Да ещё мама обязательно захочет лечь пораньше. С понедельника ей выходить в утреннюю, надо выспаться.

В общем, неудобно получалось, неловко перед мамой. Не виделись целую неделю, только утром, наспех. А теперь вот и в воскресенье…

Словом, домой она шла с тяжёлым сердцем. А мама, конечно, всё поняла по-своему:

– Ну что? За поведение, что ли, снизили? Ох, Ольга!.

.

– Да не снизили ни капельки!

– А чего ж дневник не показываешь?

– Я ещё войти даже не успела!

Мама не спеша перелистала дневник. Она сидела за столом сама как ученица: худенькая и прямые волосы заложены за уши. Рассмотрела Ольгины отметки: «пять» за чтение, «четыре» по арифметике, «четыре» и «три» по русскому. А за поведение за неделю стояло «пять». Даже без всякого минуса.

Наталья Викторовна, между прочим, любит разные минусы выводить. И тогда круглое воскресное счастье получается уже надтреснутым, как старое блюдце.

Сели обедать, и мама потихонечку старалась загладить свою вину, что не поверила Ольге сразу. А Ольга-то как раз и не думала обижаться. Ольга наоборот – сама всё прилаживалась, как бы сказать про завтрашний лес. Но никак это было невозможно – язык прямо не поворачивался…

Наконец мама не выдержала:

– Ну, доча, я же нечаянно! Ты вон всё суп никак не съешь, а меня уж глазами сто раз съела… Пятёрку получила, так я же, наоборот, очень рада!

– Я ни капельки! – чуть ли не испуганно сказала Ольга.

 – Я совсем про другое…

– А, про другое! Ну тогда хорошо… А про что?

Ольга молчала. Только ложкой блестящей водила по краю тарелки.

– Знаешь чего, – решительно сказала мама, – давай поедим сперва… Я тебе честно говорю: я такой обед сегодня сварила – закачаешься! А мы с тобой его едим, как две швейные машинки, – вся сладость мимо нас.

Ольга, конечно, улыбнулась на эти мамины слова. И они взялись за дело как следует.

Суп и отбивные проехали в молчании. А на середине мороженого Ольга всё рассказала: про старика ботаники, про Светлану, про Огонькова, про сегодняшний случай в классе… Мороженое таяло, всё ровнее растекалось в блюдечках. Но ни Ольга, ни мама не обращали на это внимания. Разговор был серьёзный. И мама отвечала серьёзно, хотя и с улыбкой:

– Тут, доча, ничего особенного нет. Хочешь съездить – ну и съезди. Обязательно даже поезжай! Вот так и будет хорошо.