Освальд Бэстейбл и другие

Нас вырвал из глубокого сна голос миссис Биль:

– Приветствую, юные джентльмены! Просыпайтесь, уже половина десятого, и ваш друг встал, оделся и ждет завтрака.

Мы вскочили.

– Миссис Биль, пожалуйста, никому не говорите, что у нас гость! – воскликнул Освальд, который даже во сне не терял присутствия духа.

Миссис Биль вышла, смеясь. Наверное, она решила, что мы играем в какие-то дурацкие игры с секретами. Как мало она знала о происходящем!

Когда мы спустились, незнакомец глядел в окно.

– Я бы на вашем месте отошла от окна, – тихо сказала Дора. – Это небезопасно. Вдруг вас кто-нибудь заметит?

– Ну и что же, что заметит? – спросил он.

– Вас могут забрать, – напомнила Дора. – В одно мгновение. Вчера мы видели, как забрали двух несчастных людей.

Ее голос задрожал при этом мрачном воспоминании.

– Пускай забирают, – махнул рукой человек, на котором была одежда живущего простой жизнью, возвышенно мыслящего мистера Сандала.

– Мы хотим вас спасти… – начала Дора, но Освальд, проницательный не по годам, почувствовал, как горячая краска заливает его юные уши и ползет по шее.

– Скажите, пожалуйста, что вы делали в Дувре? – спросил он. – И что вы делали вчера?

– Я был в Дувре по делам, – ответил мужчина. – А вчера я снял только Хайт-черч и Бурмарш-черч, и…

– Значит, не вы украли кекс и попали в Дуврскую тюрьму, а после оттуда сбежали? – спросил Дикки, хотя я пнул его в знак того, что лучше ему помолчать.

– Сбежал из тюрьмы? – переспросил наш новый друг. – Да ничего подобного!

– Тогда кто же вы? Если вы не тот несчастный беглый вор, тогда кто вы? – яростно спросила Дора, прежде чем Освальд успел ее остановить.

– Я фотограф, мисс, – ответил гость. – Путешествую и делаю снимки здесь и там.

Потом до него медленно дошло, что происходит… И я уж думал, он никогда не перестанет смеяться.

– Завтрак остывает, – напомнил Освальд.

– Верно, – сказал наш гость. – Господи, вот так история! Теперь мне много лет будет о чем рассказывать друзьям.

– Не надо, – порывисто попросила Элис. – Мы ведь думали, что вы сбежавший вор, и все равно хотели вам помочь.

Она показала на диван, где лежал полный наряд, приготовленный для лже-тетки.

– Честь обязывает вас никому ничего не рассказывать.