Оседлать мечту

– Там здания красивые, – отозвалась я, уныло мешая ложечкой чай и слушая мамины придирки.

– Ты же никогда не интересовалась архитектурой.

– Теперь заинтересовалась.

– С чего вдруг?

– Ну… – протянула я, судорожно придумывая ответ. – Ты сама говорила, что надо интересоваться еще чем-то, кроме лошадей. Культурой, искусством… А в Питере…

– Что за манера употреблять жаргонные слова? – перебила меня мама.

– Его все так называют.

– Оль, ты – не все.

– Ладно, так вот, в Петербурге что ни здание, то шедевр! У нас девчонки из класса ездили, сказали, что очень красиво.

Мам, там еще крутой парк аттракционов есть…

Мама полоснула по мне взглядом, и я прикусила язык.

– Никаких аттракционов! Ты можешь упасть и сломать руку! – строго произнесла она. – Как ты тогда будешь играть на пианино?

Это было последней каплей за сегодняшний день.

– Никак, – я со злостью отодвинула чашку так, что чай перелился через край. – Как меня достало это пианино! То не делай, это не делай, только играй, а теперь вот даже в Питер из-за него не поеду!

Всхлипнув, я метнулась к себе в комнату, громко хлопнув дверью.

Злость и отчаяние душили меня. Я так и останусь в этом городке со своим инструментом, в то время как Ритка будет ездить на Васильке и получать награды, потому что именно я выездила коня. Пусть хотя бы до уровня детских езд, но ведь это тоже немало. При воспоминании о Васильке стало еще тоскливее. Ритка наверняка угробит его. Кому он потом хромой нужен будет?

От жалости и к коню, и к самой себе в горле встал комок.

– Оля… – Мама вошла в комнату и присела рядом на кровать. – Ну ты пойми: поездка – это деньги. Билеты, проживание…

– Я у папы буду жить!

– Папа комнату снимает. С другом. Ты там лишняя будешь. Да и его целый день дома нет.

– И что? А деньги мне на день рождения подарили!

– Их надо разумно использовать. У тебя в музыкальной школе второй инструмент с этого года начнется, его же тоже покупать надо.

При мысли о том, что играть придется в два раза больше, я скрипнула зубами:

– Мама, я ненавижу музыку и играть не буду!

– Оля!

– Нет! И выйди из моей комнаты! И вообще, я завтра сама куплю билет и уеду к папе!

Мама вздохнула и встала:

– Оля, я тебе не говорила, но мы с твоим отцом год назад развелись.

 – Она устало посмотрела на меня. В ее глазах была боль.

– Что? – Мне словно что-то тяжелое упало на голову и придавило к земле. – Р-развелись?

– Да, мы решили, что так будет лучше.