Острова и капитаны: Хронометр

 – Будто даже брызги за шиворот…

– Да? – Курганов стремительно встал, шагнул к Толику, взял его большущими ладонями за плечи (Султан стрелками поставил уши и напружинился). – Ох, спасибо тебе… Прямо бальзам на мою грешную душу.

Толик глянул в высоту – в счастливое (и даже немного красивое) лицо Курганова.

– Арсений Викторович, а какая это будет книга? Детская или взрослая?

– Что?.. – Курганов опустил руки. – Я как-то не задумывался. Хочется, чтобы всем интересно было.

– Так, наверно, и будет, – успокоил Толик.

Опять наступило молчание. И, услыхав снова медный стук шестеренок, Толик спохватился:

– Ой, а который час?

Курганов поднял на животе обвисший свитер, вытянул из кармашка у пояса большие часы на цепочке.

– Почти девять…

– Мама, наверно, скоро придет домой…

– Бессовестный я человек, задержал тебя.

– Да все в порядке, мы за пять минут домчимся!.. Ой… – Толик засопел и неловко затоптался. – Арсений Викторович, мама просила… если вы, конечно, можете… Может, у вас есть сегодня деньги за перепечатку?

Курганов хлопнул себя по лысому лбу.

– Ну, растяпа я! Ну, субъект! Сейчас, сейчас. Конечно…

Из кармана галифе он извлек потрепанный бумажник.

– Вот, пожалуйста… Ах ты, неприятность какая, десяти рублей не хватает. Как неудобно…

Он сделался виноватый, ну прямо как первоклассник перед завучем. Толик решительно сказал:

– Арсений Викторович, если у вас последние, то не надо.

– Ну что ты, что ты! Я завтра утром получу! И сразу эти десять рублей занесу.

Я знаю, где вы живете, однажды заходил. Ты извинись за меня перед Людмилой Трофимовной…

– Да пустяки, – сказал Толик.

– Нет-нет, я завтра же… А эти деньги спрячь, не вытряхни по дороге.

– Не вытряхну. – Толик расстегнул курточку. Это была тесная, еще со второго класса, курточка с потайным карманом – его пришила мама для денег и хлебных карточек, когда Толику приходилось стоять в очередях.

У горящего камина

Толик проснулся так поздно, что на замороженных окнах уже сияли солнечные искры.

Потрескивала печка. Стучала машинка: значит, мама в редакцию не пошла, работает дома.

Не оглядываясь, мама сказала:

– Не вздумай читать в постели. Брысь одеваться.

– Есть, товарищ капитан! – Толик кувыркнулся из-под одеяла на половик и сел по-турецки, любуясь елкой…

В эту минуту краснощекая тетка в полушубке принесла телеграмму. И хорошее утро испортилось.