Разбойник Кадрусс

– Как же быть, добрый барин, – захныкал слепой: – надо же как-нибудь кормиться.

– Но ваши недуги не позволяют вам быть мне полезными, – продолжал владелец Магдаленского замка.

– Деньги лучше всякого лекарства, – хныкал нищий: – они возвращают зрение слепым и ноги калекам.

Когда он это говорил, его маленькие, серые, лукавые глазки замигали под бровями. Ноги калеки вдруг выпрямились, он вскинул свой костыль на правое плечо и обошел кругом всей комнаты как солдат на часах. На лице Гильбоа выразился восторг к хитрости, употребляемой этими негодяями, чтобы возбудить сострадание публики.

– Великолепно! Но к чему вам заниматься таким утомительным ремеслом? Каково тебе таскать его на плечах?

– Не обижайте меня, – ответил мнимый калека: – Я не употребляю во зло сил моего товарища, он не всегда служит мне вьючным скотом. В оврагах, в кустах я возвращаю ему свободу. Я влезаю на него только при входе в деревню.

– А все-таки ремесло утомительное, – возразил Гильбоа.

– А зато выгодное! Шестьсот ливров дохода, хлеб, мясо и случайная прибыль!

– Это еще что?

– А видите ли, есть богачи, которые имеют обыкновение давать нам положенное количество денег и пищи. А то, что дают нам прохожие в дилижансах и каретах, это сверх того, это доход случайный. Потом есть предприятия выгодные, как например похищение, которое замышляете вы и которое принесет хороший доход.

Намек был прямой.

– Будет об этом говорить! – сказал барон. – Сколько Шардон вам за это обещал?

– О! добрый барин, – ответил бывший слепой: – господин Шардон правда очень расположен к своим бывшим знакомым, – негодяй с намерением сделал ударение на этих словах, – он говорил нам о тысячном билете, но теперь вы прибавите что-нибудь… Еще тысячный билетик, например? Я уже вам говорил, деньги могут возвратить ноги и глаза.

– Хорошо, – перебил Гильбоа: – вы получите две тысячи франков всего на двоих.

– Гм! – сказал нищий. – Почему бы не заплатить нам прямо сейчас? Мы с товарищем не сомневаемся в слове такого человека, как вы… Но времена такие тяжелые, и притом все мы смертны… К счетам могут придраться, а наличные деньги избавляют от неприятностей.

Как ни порочен был Гильбоа, а кровь бросилась ему в лицо при этих подозрениях, так ясно выраженных. Однако он воздержался.

– Возьми, – сказал он мнимому слепому.

Он подал ему билеты, так бесстыдно требуемые, и прибавил:

– Доволен ты?

– Как нельзя более.