Переулок капитана Лухманова

 – Что поделаешь, если человек умер…

– Но хоть что-нибудь надо, – прошептал Костик.

И Чук решил:

– Устроим последний парад. Наших кораблей…

– Но ведь залива нет, – напомнил Вадик.

Чук упрямо сказал:

– Можно пустить с мостков…

– Унесет… – засомневался Бамбук.

– Ну и пусть, – ответил Чук.

Они пошли домой, и каждый взял кораблик. У Костика это была «Победа» с капитанской рубкой из кубика сосновой коры, у Чука – «Дункан» с двумя парусами – гротом и марселем, у Вадика – похожий на крохотную скрипку «Аккорд», у Бомбовоза – крутобокая «Аврора», у Бамбука – легонькая «Ласточка»… Потом опять сошлись вместе – на крыльце у Саранцевых.

– «Бом»…

И ему ответили: «Брам», хотя и не очень дружно. Похоже, что у всех скребло в горле.

Отправились на берег. Через репейник и бурьян выбрались к бывшей луже, которая теперь стала лужайкой с пышной травой. Доцветали одуванчики. Кое-где еще горели желтые звездочки, но большей частью они уже превратились в пушистые шарики семян.

Теперь надо было спускаться к воде. Но Костик попросил:

– Подождите… – и пошел к заводской стене.

У самой стены, в тени, трава была высокой и влажной. Костик на ходу поджимал ноги, но храбро двигался вперед. Друзья постояли и пошли следом.

– Ты чего хочешь-то? – спросил в спину Костику Бомбовоз.

– Написать название…

– Какое? – спросил Чук.

– Лухмановский переулок… Пусть это место называется так всегда.

– Лучше Капитанский… – посоветовал Вадик Саранцев.

– Нет, надо полностью, – возразил Чук. – Переулок Капитана Лухманова.

– Ладно, – согласился Костик. Он выбрал на стене место, где были самые ровные кирпичи. На уровне глаз. Достал из кармана потрепанных штанов с лямками палочку мела. Вывел на стене печатную букву «П» высотой сантиметров десять, заглавную. Потом букву «Е» – чуть поменьше. Получилось немного криво.

– Пусть Витя пишет, – посоветовал Бамбук. – Он хорошо умеет писать и рисовать.

Костик не обиделся, отдал мел Бомбовозу.

– Можно написать не «Переулок», а сокращенно, «Пер» с точкой, – подсказал Вадик.

Но Бомбовоз покачал головой и начал писать полное слово: «Переу…»

Работа оказалась непростая, медленная. От мела сыпалась тяжелая белая пыль. На второй букве «А» (в слове «капитан») Бомбовоз устало выговорил:

– Мела может не хватить…

– У меня есть еще, – сказал Костик.

Друзья посмотрели на него одобрительно.