Петтерсы. Дети гор

То есть капитали?зм[38 - Капитализм – экономическая система производства и распределения, основанная на частной собственности и свободе предпринимательства, главным критерием которой является увеличение капитала и получение прибыли.] как он есть.

Страны, которые позже остальных встали на этот путь развития, такие как Германия и Россия, не сразу поняли свою выгоду от завоевания мировых рынков и продолжали вести экономическую политику так же, как и ранее, что в будущем приведет к Первой мировой войне.

А пока корабли с пенькой[39 - Пенька – грубое лубяное волокно, получаемое из стеблей конопли.

Оно отличается особой прочностью и стойкостью к соленой воде, поэтому применяется в морском деле. Канаты и веревки из пеньки используют до сих пор.], лесом и зерном продолжали ходить по Балтике из Петербурга в Европу, снабжая последнюю, кроме прочего, продуктами первой необходимости и забирая в ответ товары промышленного производства, коих на родине было не сыскать.

Таким образом, даже если бы Стейтем не подсуетился за друга, Петтерсы все равно легко бы добрались до России в любое время года.

Как говорится, война войной, а… бизнес есть бизнес.

Джордж угрюмо смотрел на парусно-винтовой фрегат, стоящий у причала порта Пензанса, с надписью на борту: «Виктория». Сердце вновь начало щемить от не пойми откуда взявшейся тревоги.

Дело было не в названии, он прекрасно относился к королеве, но сам вид корабля вызывал в нем тяжкие воспоминания. Когда-то он уже ходил на подобном и даже успел погибнуть, если верить бумагам Ведомства секретной службы.

Марта с детьми, опережая друг друга, взлетели на борт и уже разместились по каютам, а он все стоял у причала.

– Пап, ты идешь?! – воскликнул вернувшийся Майкл.

С Джорджа спало оцепенение.

– Да, сын, – сказал он и натянуто улыбнулся.

– Па-а-ап, – протянул парень, – что-то случилось?

– Конечно нет, – соврал он. – Просто задумался.

Петтерс поднялся на борт. На душе скребли кошки.

К нему вновь вернулись видения из дурного сна – заснеженный лес, звери-оборотни и лютый холод. Он пытался себя успокоить, отгоняя дурное предчувствие.

Через несколько дней они пересекут Балтийское море и окажутся в Петербурге, одном из самых красивых городов мира. Семья вместе, и причин для тревоги нет. Однако противный внутренний голос не унимался и продолжал нашептывать: «берегись, Петтерс», «впереди тебя ждет опасность», «еще не поздно вернуться».