Пираты Кошачьего моря. Капитан Джен

Глава четвертая

Прощай, Гавгадос!

– Повесить Синего Питера! – командовала с капитанского мостика Джен.

– Есть, повесить Питера.

Над «Ночным кошмаром» взвился синий флаг. Миролюбивый «Питер» любому сведущему сообщит: корабль готов к отплытию.

– Проверить крепление штурвала!

– Есть, проверить крепление.

У трапа «Ночного кошмара» столпились гиены. С корзинками овощей, яиц и фруктов – всем тем, что пригодится в долгом походе, – они пихались, пинались и хихикали, как будто их беспрестанно мучили щекоткой.

– Гиены что, яйца едят? – удивилась Джен, разглядывая толпу.

– Едят, – подтвердил Железный Коготь. – Особенно то, что из этих яиц вылупляется.

Весельчак, отец тридцати шести котят и спаситель крошки Ути-Пути, сжал кулаки и с ужасом смотрел на капитана:

– Это ведь шутка, да? Мы не возьмем их на борт? Я… я не смогу. Видеть, как они… завтракают…

Справившись с отвращением, Джен обратилась к помощнику:

– Послушай, Железный Коготь, мне нужен твой совет.

– Да, капитан.

– Понимаешь, я тут подумала, что оружие, золото – все это здорово пригодится в походе.

– Несомненно.

– А еще я подумала, что вот гиены, ну, эти незнакомые ребята в синей форме среди наших лохмотьев – это немного лишнее.

– Факт.

– К тому же они лопают младенцев.

– Тоже факт.

– Как думаешь, император Диего обидится, если мы возьмем с собой только ценный груз, а балласт оставим на берегу?

– Обязательно обидится.

– Ну и замечательно! Знаешь, он тоже меня обидел.

Я ведь дала ему слово капитана, что вернусь. А по какому праву он не верит моему капитанскому слову? Ну и Весельчак: его спокойствие для меня дороже любых императоров. Ты меня понимаешь?

– Думаю, да, капитан. Все будет сделано в лучшем виде. Мы ведь пираты, а не какой-то планктон! Весельчак, умеешь считать до ста?

– До ста, и ни на одно число больше!

– Тогда у тебя ровно сто чисел счета, чтобы выбрать якорь!

– Слушаюсь, помощник капитана! Один, два…

На счет «три» Весельчака на капитанском мостике уже не было.

* * *

– …Девять, десять, одиннадцать… Утя!

«Утя» – это не числительное между одиннадцатью и тринадцатью. Утя – это крошечная девочка на корабле. Весельчак мог бы порассказать о ней историй! Если кто и попадается вам все время под ноги, отыскивается в местах, где детям быть совсем не положено, играет с опасными предметами и при этом внезапно хочет то есть, то писать – это она.