Подросток Ашим

А ты самый деловой, что ли?» Мишке и драться приходилось, расплачиваться за свои «пятёрки», а больше за чьи-то чужие «пары». Учителя, расписываясь в чьём-нибудь дневнике, пафосно спрашивали: «А почему Прокопьев готов к уроку? Значит, можно было бы подготовиться?» – не понимая, что именно они готовят сейчас Прокопьеву.

Енцов собирал компанию – зауча бить, как он говорил. «Завуча?» – переспрашивала Наташа Воронцова. – «Нет, зауча, – покровительственно объяснял Енцов. – Не знаешь, кто у нас в классе зауч?» Воронцова улыбалась Енцову.

По ней видно было, что она понимает, что речь о Мишке – и всё равно спрашивает, и Мишка иногда размышлял, зачем…

Всегда можно было вспомнить Енцова или Воронцову, если почувствуешь себя неприкаянным, если охота с кем-нибудь поговорить, а не знаешь, к кому подойти на перемене… Здесь-то, на новом месте, у него скоро будут друзья! Он чувствовал, что попал, наконец, к своим. «Если бы я тоже ездил с Киркиным папой играть в пейнтбол, – думал он, – они бы подходили ко мне на переменах и говорили, куда поедем в следующий раз.

Или ещё – хорошо было бы позвать какую-нибудь девочку в „Шоколадницу“».

Элька Локтева на перемене откидывалась на стуле и оглядывала класс:

– Мальчики, пригласите кто-нибудь в «Шоколадницу»!

Ленка Суркова хмыкала:

– Ты ведь и так живёшь там!

– А сама-то… – подавал голос ещё кто-нибудь.

Элька мерила Ленку уничижительным взглядом:

– С мальчиком пойти в кафе – это совсем другое!

И добавляла на весь класс:

– Ты лучше не демонстрируй, что ты ещё маленькая и глупая.

Ленку делалось жалко, она втягивала нижнюю губу, и без того тонкую, так что её губы становилось не видно. Всё в Ленке тонким и узким было – и пальчики, и спинка, и плечики – про таких людей говорят: «За швабру спрятаться может». И ножки у неё тонкие, кривоватые были. Мишка тогда как раз стал замечать, какие у девочек ноги. У Ленки такие были, что хоть что ей надень, кривизну не спрячешь.

Ну разве что длинное платье, до пола. Он слышал, как девочки говорили: «Ленка, тебе везёт! Ты главная сладкоежка, а куда всё девается?»

Сам Мишка был в «Шоколаднице» только один раз. Мамка сказала, что они пойдут праздновать всей семьёй, когда его в лицей приняли. Там внутри играла тихая музыка и прямо на стене крутили мульфильмы про оленят. Официантка принесли им пять вазонов со взбитыми сливками и пять блюдец с бисквитами, на всех.