Пойди туда, не знаю куда. Книга 1

Тут молодые охотники к нему подсели, просят: «Дядя Миша», – в те времена к колдуну всегда как к дяде обращались, считалось, что он своих племянников не обидит.

– Дядя Миша, а пошути шутку над Федотом!

– Отчего же не пошутить, – отвечает колдун. – Эй, стрелок Федот, выпей со мной!

А сам возьми, да и шепни над чаркой заветное слово. Федот взял чарку, хотел ко рту поднести и видит, что в вине словно нехорошо светится. Смекнул Федот, что тут колдовство, да словно невзначай и опрокинул чарку.

– Эк смекалист парень-то! – подивился колдун про себя.

И захотелось ему заполучить Федота в ученики.

– Есть, – говорит, – у меня новое ружье. Хочешь его заполучить, стрелок?

Вся молодежь в деревне знала про это ружье: легкое, длинное, с золотой насечкой по стволу. Но не это было самым ценным в ружье. Было оно заколдованным: никогда не промахивалось и никогда не покидало хозяина. Многие пытались его украсть, но оно никому в руки не давалось. Колдун, случалось, вешал его в лесу на дерево, и никто взять не мог.

Вот оно, только руку протяни, а протянул, и нет ничего, померещилось!..

– Кто же не хочет! – отвечает колдуну стрелок.

– Коли так, вот тебе испытание. В полнолуние приди ко мне ночью, да не по тропе от деревни, а обойди через моховое болото. Да не хитри, я сразу узнаю, через болото ли шел. Не побоишься? Только без ружья приходи, с пустыми руками.

Жил колдун на отшибе, в лесной избушке, на краю болота. Люди туда и днем-то ходить побаивались. А моховое болото за его избушкой и вовсе дурной славы место было.

Жило в округе несколько странных людей, вроде деревенских дурачков, про всех говорили, что они такими с болота вернулись. А многие и не вернулись вовсе…

Нельзя сказать, что охотнику страх уж совсем неведом был. Но в себя крепко верил и так думал, что много в тех рассказах было преувеличений. Да и болотом этим он хаживал не однажды, ничего с ним не случалось. Наступило полнолуние, Федот засветло вышел, обошел лесом болото и направился к избушке колдуна. Тут и стемнело.

Много стрелок по ночам охотился, ничего в лесу не боялся, охотник в лесу и есть самый страшный зверь. Но как только мхи под ногами почуял, начал на него наваливаться страх не страх, а будто трепет. И как только он этот трепет почувствовал, дорожка под ногами начала пропадать, а по спине словно холодок забегал, сивон.

Только он сивон почуял, стало ему мерещиться, будто тени серые вокруг него шмыгают. Повернешь голову – и нет ничего, трава, а сбоку опять юркнуло.