Поллианна

Письмо было адресовано мисс Полли Харрингтон, Белдингсвиль, Вермонт и содержало следующий текст:

«Уважаемая госпожа Харрингтон! С прискорбием сообщаю Вам, что преподобный Джон Виттьер скончался две недели назад, оставив единственного ребенка, девочку одиннадцати лет. Из какого-либо имущества она унаследовала от отца лишь несколько книг, ибо, как Вам, несомненно, известно, покойный был пастором маленькой церкви при миссии и получал весьма скромное жалованье. Таким образом, дальнейшая судьба его ребенка совершенно неясна.

Я полагаю, что безвременно упокоившаяся жена преподобного Джона Виттьера приходилась Вам сестрой. Он рассказывал мне, что Ваши семьи пребывали не в лучших отношениях. Тем не менее, он верил, что, в память о Вашей покойной сестре, Вы пожелаете принять ее дитя, чтобы воспитать сироту у себя на Востоке, где ее корни и родня. Исходя из этого, я к Вам и обращаюсь.

Ко времени, когда Вы получите это письмо, девочка будет готова к отъезду, если Вы изъявите желание принять ее. В этом случае мы были бы Вам очень признательны за незамедлительный ответ, поскольку одна местная супружеская чета как раз собирается в Ваши края.

Эти люди могли бы довезти девочку до Бостона, где посадили бы ее на Белдингсвильский поезд. Разумеется, о дате приезда Поллианны и номере ее поезда Вы будете извещены своевременно.

В надежде на скорый благоприятный ответ, остаюсь искренне Ваш,

Джеремайя О. Уайт».

Нахмурившись, Мисс Полли сложила письмо и спрятала его обратно в конверт. Ответ она отправила еще вчера, сообщив мистеру Джеремайе О.

Уайту, что, конечно же, примет ребенка. Она надеялась, что ее чувство долга окажется достаточно сильным, насколько тягостной бы ни была свалившаяся на ее плечи обязанность.

Сейчас, сидя с письмом в руках, она вспоминала свою покойную сестру Дженни, мать этой самой девочки. Мисс Полли мысленно возвращалась ко времени, когда двадцатилетняя Дженни, вопреки мнению семьи, настояла на браке с молодым пастором. А ведь за ней ухаживал состоятельный жених, которого родители, в отличие от Дженни, считали более достойной партией.

Но Дженни и слышать о нем не хотела. Состоятельный жених, благодаря более солидному возрасту и деньгам, обладал необходимым опытом и положением, тогда как у пастора имелась лишь голова, полная юношеских идеалов, и сердце, преисполненное любви и восторгов. Дженни предпочла последнее – что, возможно, вполне естественно – и вышла замуж за пастора. Став женой миссионера, она отправилась с ним на Юг.