Поллианна

После этого всякие отношения были разорваны. Мисс Полли хорошо помнила, как все происходило, хотя ей, самой младшей в семье, тогда едва исполнилось пятнадцать. Семья больше не интересовалась жизнью жены миссионера.

Однажды Дженни сообщила о рождении дочери, которую она назвала Поллианной – в честь сестер, Полли и Анны. Девочка стала единственным ее ребенком: рожденные до нее дети не выжили. То письмо от Дженни было последним. А несколько лет спустя из городка на Западе пришло составленное самим пастором сообщение о смерти жены, краткое, но преисполненное искренней боли.

Тем временем, жизнь не стояла на месте и в большом доме на Холме. Глядя на раскинувшуюся внизу необъятную долину, мисс Полли перебирала в памяти все изменения, произошедшие с ней за эти двадцать пять лет.

Теперь ей сорок, и она осталась одна в этом мире. Отец, мать, сестры – все умерли. Уже на протяжении многих лет она оставалась единственной хозяйкой поместья и капиталов, завещанных ей отцом. Находились люди, открыто высказывавшие ей сожаление по поводу ее одиночества.

Они убеждали ее, что ей следует подыскать себе подругу или компаньонку. Но мисс Полли не принимала ни их жалости, ни их советов. Она вовсе не одинока, уверяла она их. Ей нравится быть самой по себе. Она предпочитает покой. Но теперь…

Все так же хмуря брови и поджимая губы, мисс Полли встала, довольная тем, что она хорошая женщина. Ведь она не только сознавала свой долг, но и обладала достаточной силой воли, чтобы этот долг исполнить. Однако… Поллианна!.

. Что за нелепое имя!

Глава 2. Старик Том и Нэнси

Нэнси старательно подметала и отмывала комнатку на чердаке, особое внимание уделяя углам. Впрочем, усердие, с которым она принялась за работу, свидетельствовало не столько о ее решимости бороться с грязью, сколько о необходимости дать выход чувствам. Нэнси не была образцом покорности, при всем своем безропотном повиновении хозяйке.

– Вот бы вы-мести вот так… угол-ки ее ду-ши! – отрывисто приговаривала она в такт яростным движениям своей безжалостной швабры.

 – Похоже, в ее душе хватает мрачных и пыльных уголков.

Иначе как ей могла прийти в голову мысль запихнуть несчастное дитя в крохотную душную комнатушку, не отапливаемую зимой, при том, что в огромном доме столько пустующих комнат на выбор!

– «Никому не нужных детей»! – возмущалась Нэнси, выкручивая тряпку с такой силой, что пальцы сводило. – Не думаю, что именно дети так уж прямо никому и не нужны.

Некоторое время она работала молча.