Полоса отчуждения

Тетка, влажная и распаренная, как после бани, прокатилась мимо меня. Я шагнула вперед.

– Товарищ милиционер! – громко сказала я. – Вот она, курица. Это я ее украла.

Все люди, сидящие на скамейках, уставились на меня. Те, которые сидели подальше, встали, чтобы лучше видеть. Тетка очень удивилась. Она переводила взгляд с меня на курицу, с курицы на меня, потом достала из-за пазухи огромный клетчатый платок, вытерла им вспотевший лоб и сказала:

– Моя курица!

– Возьмите, пожалуйста! – вежливо сказала я, но тетка спрятала руки за спину.

– Постойте! – тут удивился милиционер. – Но вы говорили: мальчик! Худой, черный! А это же девочка! Светленькая!

– Да, мальчик! – повторила тетка. – А это – девочка… Но курица моя! Она же сама призналась…

– Кто, курица? – усмехнулся милиционер.

– Да девчонка же! – Тетка жутко покраснела. Мне показалось, что она сейчас взорвется. – Вы что, мне не верите?! Вы думаете, мне за курицу обидно?! Да плевала я на курицу! – В подтверждение своих слов она плюнула на пол.

 – Мне за вообще обидно. Какие-то тут цыгане будут людей обворовывать. А милиция тогда на что? На что, я вас спрашиваю, милиция?! – С последним вопросом она обратилась уже ко всем окружающим.

– Разберемся! – строго сказал милиционер. – Пройдемте!

– Куда это я пойду? – снова возмутилась тетка. – У меня поезд через полчаса. Сами и разбирайтесь. Вам за это, никак, деньги платят.

– Ладно, – вздохнул милиционер и взял меня за локоть. – Пойдем. Курицу забираем как вещественное доказательство.

– Да чтоб она провалилась, курица ета! – с сердцем сказала тетка и снова полезла за платком.

Большая и холодная комната вокзальной милиции была выкрашена в грязно-зеленый цвет. По стенам стояли две длинные и широкие скамьи, а у окна два стола. Один поменьше, другой побольше. За большим столом сидел другой милиционер, постарше того, который меня привел. Когда мы пришли, он почему-то держал в руках два апельсина. Третий апельсин лежал перед ним на столе. Увидев нас, он быстро отодвинул апельсины и придвинул к себе большую голубую тетрадь.

Милиционер, который привел меня, положил курицу на маленький столик и молча указал на меня пальцем.

– Что там? – Старший кивнул на сверток.

– Курица, – ответил младший.

– Та-ак, поня-атно… – протянул старший и надолго замолчал.

Чтобы не бояться, я думала о том, как они сейчас будут меня спрашивать и что я буду отвечать. И еще о том, как мне их называть. «Дяденька милиционер» – явно не подходит.