Пираты Гибралтара

О его приготовлениях стало известно в Следственном комитете, и следователь, которому скинули его заявление, вызвав Мишу к себе, мрачно проворчал, угрюмо поглядывая на заявителя:

– Мужик, на тебя только наехали, а ты уже к войне готовишься. Оружия накупил. А применить-то решишься? Мало иметь ствол, им еще пользоваться уметь надо. Что, так сильно жить хочется?

– А вам не хочется? – фыркнул Миша. – А что до умений, потребуется – вспомню, чему в армии учили.

– Так платил бы и жил себе спокойно.

– Угу, как же.

Дадите вы спокойно жить. Будете давить, пока все не выжмете. Знаем. Проходили, – огрызнулся Миша. – И вообще, с чего это я должен какую-то шваль кормить?

– Ты кого это швалью назвал? – неожиданно возмутился следователь.

– Да всех этих попрошаек. Сами ничего делать не умеют, а жрут в три горла. Твари поганые. Помощи от чиновников хрен дождешься, а денег дай, да побольше. Надоело. Никто ни хрена не получит. Я лучше фирму продам и уеду, чем буду кучу всяких подонков кормить.

– Зря.

Убьют ведь, – мрачно хмыкнул следователь. – Или посадят. За неуплату налогов, например.

– Если мне станет неуютно, я начну принимать жесткие меры. Терять мне нечего, – заявил Миша, сжимая кулаки. – И плевать мне на ваши законы. До тех пор пока меня не трогают, я никого не трону. Но если полезут, будет кровь.

– Мужик, ты совсем охренел?! Ты понимаешь, кому угрожаешь?

– А мне плевать. Все вы – твари поганые. В общем, так. Или ты этих быков приструнишь, или я сделаю это по-своему. А чиновничкам твоим передай: начнут мешать – может и кирпич случайно на голову упасть.

Раз пять подряд.

Произнося эти слова, Миша чувствовал, как его начинает потряхивать от бешенства. Только теперь он окончательно осознал, что в стране ничего так толком и не изменилось. Да, слегка надавали по рукам всяким криминальным структурам, для вида посадили парочку зарвавшихся чинуш, но в остальном система выжимания денег из простых обывателей существует и работает. Но отступать Миша не хотел. Теперь, потратив столько сил и времени на создание своего дела, он готов был поставить на карту все, но не уступить.

Молчание в кабинете затянулось, но нарушать его парень не торопился. Задумавшийся следователь что-то медленно чиркал на листе бумаги, обкатывая ситуацию и изредка поглядывая на крепко сжатые кулаки парня. Потом, вздохнув, он подтянул к себе пропуск и, подписав его, негромко проворчал:

– В общем, я сказал все, что хотел. Остальное решать тебе. Свободен.