Северный дракон

Теперь, когда он точно знал, что с ним будет, сдаваться парень не собирался. Знания кулачного боя, которым его много лет подряд обучала бабушка, и отцовский кинжал делали его опасным противником. Очень опасным. О его умении драться даже в станице не раз говорили, когда Леха сходился на кулаках со сверстниками. Было пару раз, что приходилось успокаивать и взрослых казаков, крепко перебравших спиртного. В общем, любого нападавшего ожидал весьма неприятный сюрприз.

Пробежав по звериной тропе примерно с версту, Леха запрыгнул на широкий, приплюснутый валун и, перешагнув на другую его сторону, спрыгнул на выход каменной россыпи.

Откуда в тайге взялся такой каменный язык и почему он до сих пор не зарос травой, парень не знал, да и не особо интересовался. Главное, что его можно было использовать, чтобы сбить со следа возможную погоню.

Сделав еще один крюк, Леха вернулся к лагерю и, улегшись на землю, принялся наблюдать за солдатами. Очень скоро ему стало понятно, что на этот раз офицеры из лагеря не выходили.

Солдатами командовали унтер-офицеры и капралы. Приметив парочку самых на его взгляд опытных, Леха прижал приклад к плечу и сделал два выстрела. На этот раз ему тут же ответили два пулемета.

Не вставая, парень отполз поглубже в лес и, вскочив, помчался в тайгу, петляя словно заяц. Грохот пулеметов за спиной стих, и парень, остановившись, прислушался. Солдат снова погнали в лес, искать стрелявшего. Это Леха понял по треску сучьев, шелесту листвы и тихой ругани солдат, то и дело спотыкавшихся на торчавших из земли корнях.

Ходить по тайге они не умели. Зло усмехнувшись, парень презрительно сплюнул и побежал дальше.

Следующие два дня он снова выжидал, выбираясь из своего логова, только чтобы понаблюдать, чем заняты пришлые солдаты. Напуганное жестокой расправой командование, очевидно, приказало им в обязательном порядке найти стрелка. Солдаты истоптали весь подлесок вокруг лагеря и то и дело прочесывали близлежащую тайгу.

Сообразив, что к самому лагерю теперь не подобраться, Леха решил сменить тактику.

Прихватив с собой только кинжал и револьвер, парень отправился туда, где очередная группа солдат прочесывала тайгу. Подобравшись к идущему с самого края иностранцу, Леха выбрал момент и, зажав ему рот ладонью, всадил клинок в спину. Длинный, бритвенной остроты кинжал еле слышно скрипнул о ребро и вошел в тело, как в масло.