Потентиллум. Книга первая. Четверка и белый вар

Доктор Шниперсон о чем-то шепотом говорил с медсестрами, которые занимались осмотром и прививками у девочек. Видимо выяснив, что хотел, глядя в список, он обратился к присутствующим:

– Попрошу студентов Вторыгина Антона, Крайнова Александра, Крайнову Дарью и Першенева Василия зайти в мой кабинет.

Недоумевающе переглянувшись, все четверо отправились за доктором.

– До следующей группы всего пять минут, – заговорил он очень вкрадчивым, вежливым голосом, когда дверь кабинета закрылась за спинами ребят, – Но я хотел-бы успеть задать вам несколько вопросов, если конечно вы не возражаете.

 – Ребята положительно кивнули, и он продолжил, – Я хотел-бы уточнить некоторые моменты, – доктор подбирал слова, – Касающиеся, – он нервно сглотнул, – Касающиеся знаков на ваших руках. Откуда они? Как появились?

– Мы не знаем, наверно были всегда, – беззаботно ответил за всех Вася.

– Да, да, всегда…– задумчиво повторил доктор Шниперсон, – Все из одного детского дома… Неприятные воспоминания, навязчивые мысли? Как часто болеете?

– Все в норме.

А что случилось-то? – Саша начинал злиться.

– Нет, нет, все хорошо,… – взгляд профессора устремился в пустоту, – Все хорошо…

– Нам можно идти? – Даша, наконец, нарушила тишину, повисшую в кабинете.

– Конечно, конечно! – опомнился доктор…

– Странный он какой-то этот Шниперсон, – сказал Антон – ребята сидели на скамейке у главного корпуса, – Чего ему от нас надо-то?

– Да кто их разберет-то, этих докторов, – Даша взяла на колени непонятно откуда взявшегося Иннокентия.

 – Нашел нас! Хороший парень, – она погладила замурчавшего от удовольствия питомца.

Глава 7 У директора

Наконец, все первокурсники побывали в лазарете, и их пригласили на собрание. В большой лекционной аудитории двухместные столы, по пять штук в ряд, располагались лесенкой, поднимаясь на двенадцать уровней вверх. Внизу стоял длинный преподавательский стол и кафедра.

Саша сел с Дашей, а Вася с Антоном на предпоследнем от входа ряду – подальше от преподавателей.

Румянцев, как, оказалось, сидел на последнем ряду чуть левее и, скрестив руки на груди, чтобы не была видна кровь, наклонившись, что-то яростно шептал двоюродному брату.

Когда все студенты, наконец, заняли свои места, в аудиторию вошла группа преподавателей, во главе с профессором Быковым. Они расселись за столом, и профессор Астролябова настойчиво звякнула невесть откуда взявшимся в руках колокольчиком.