Потентиллум. Книга первая. Четверка и белый вар

Темный изумрудно-зеленый цвет дополнялся нежно-салатовыми манжетами, воротничком, и широким поясом. Ткань оказалась невероятно приятной на ощупь, а строчки ровными. На крошечных темно-зеленых пуговках красовались золотые витиеватые буквы «ВШВ». В комнате у девочек помимо прочей мебели была складная ширма для переодевания, и Дашка тут же шмыгнула за нее, чтобы примерить обновку. Быстро справившись с пуговицами, она подошла к огромному зеркалу в тяжелой резной раме и покрутилась глядя на себя. Платье сидело идеально.

По едва заметной улыбке Тихон понял – отражением Даша осталась довольна. Он наблюдал за ней, забравшись на подоконник.

– Красивая! – Даша еще раз крутнулась у зеркала и подошла к сундуку.

– Ага, и скромная, – сострил Тихон.

– Я о форме, – Даша повернулась к домовенку.

– А,… я тоже, – он слегка покраснел и смутился.

Они продолжали шептаться, поскольку соседки все еще тихо посапывали во сне. Даша посмотрела на большие настенные часы – было без десяти шесть. Спать бы еще да спать, но сон прошел окончательно.

Даша подняла с кровати пальто и заметила на нем торчащую нитку – именно отсюда и сбежала под кровать пуговица.

– Госпожа Лощенова все непременно исправит, когда будет подгонять форму, она появится в школе после завтрака, – Тихон протянул пуговицу.

– Что я, пуговицу не пришью, – Даша сунула пуговицу в карман и тоже забралась на подоконник, через пару секунд туда же запрыгнул кот.

– Странно это все как-то, – Даша посмотрела на Тихона, – Мы здесь, в этой школе.

Вокруг все новое, неизвестное. Я так нервничаю порой от этого всего…

– Вы можете всегда обратиться ко мне, если вас будет что-то беспокоить, – Тихон приосанился и выпятил грудь вперед. На вид он казался ровесником ребят, только очень степенный, рассудительный и… совсем невысокий.

– А давно вы знаете профессора Быкова?

– С первого курса, как он в «Потентиллум» поступил.

– Как это? Не может быть! Простите,… а сколько вам лет?

– Скоро сто восемь, а по-нашему – восемнадцать, – гордо ответил домовенок, – Ну, просто мы медленно растем и долго старимся, – добавил он в ответ на недоуменный взгляд Даши.

– Вы один в школе такой,… – неловко запнулась Даша, чуть не сказав «маленький».

– Домовой я, домовой. Мы обычно живем в больших домах с крупными семьями, особенно где дети небольшие есть – с ними веселей. А в школе хорошо – и при работе всегда и весело тут. Много тут нас – все на службе, все при деле.