Потому что мы – мама!

Они от этого растут и физически крепнут, – спорила гибкая Флора.

– Главное для ребенка – это веселье, – не соглашался Джамбо, который был цирковым слоном и больше всего на свете ценил смех.

Винни-Пух, выслушав каждого, сообразил, что оказаться в такой компании не только почетно, но и полезно. Опыт у каждого в лечении детей был явно большой.

– Только все равно непонятно – откуда вы все в больнице взялись?

– Можно сказать, мы тут квартируем. В кабинете заведующего отделением, – ответил Артемий Петрович, поправляя шарф.

Винни с сочувствием оглядел его экипировку.

– Я смотрю, вы так тепло одеты. Жарко, наверное.

– Спасибо вам, дружище. Но это еще не самое ужасное в моей конфигурации, – дрогнувшим голосом признался Артемий Петрович.

– Хе, уж этого не отнять. В него снизу свистулька вставлена! Он если неудачно приземлится, всякий раз присвистнет. Настоящая морока с ним по ночам! Рискуем засыпаться из-за его писклявых передвижений, – закряхтела лягушка, изображая смех.

– Уважаемая Квака во всем права, она у нас старейшина, однако хочу заметить, что не стоило бы смеяться над тем, что я хотел бы, да не могу изменить, – со слезой в голосе промолвил Артемий Петрович.

– Да как же не смеяться? Уж больно уморительно ты присвистываешь, совсем не идет к твоему характеру. А ну – попрыгай-ка! Покажи, на что способен! – Квака веселилась вовсю.

– Тише вы, всю палату перебудите! – тихо забубнил слон.

– А если ночная сестра зайдет – считай, засыпались, – осторожно напомнила кукла Флора.

Игрушки угомонились. Слон Джамбо, продолжая ласково улыбаться, рассказал:

– Если вкратце – мы подарки. Наши хозяева, которых тут вылечили, на прощание дарили нас доктору. В знак благодарности.

– Теперь мы стоим у него на полочке. Но иногда сбегаем в палаты. Ведь не у каждого ребенка есть с собой игрушка, с которой можно пережить трудную минуту, – подхватила Флора.

– А трудная минута не за горами. Завтра раненько придет сестра Светочка, сунет градусник.

– Дуй со всех ног?

– Дуй со всей силы! На больное место. А своему скажи – смотри, дескать, на меня! И улыбайся ему. Улыбайся, даже если самому больно. Тут иначе нельзя, улыбка – наше главное оружие, – и Квака нахмурила брови и даже кулаком потрясла, чтобы Винни лучше запомнил.