Похитители старичков и старушек. Марка сказочника, или Опус, Кропус, Флопус!

Глава восьмая,

в которой у поэта отнимаются руки, ноги и язык, Пёсик Фафик оказывается человекоподобной собакой, а Кокоша Шляпкин рассказывает о свидании с урождённой княжной Таракановой

– Ммм… ааа… – произнес Семён Семёнович.

От встречи с любовью у него опять отнялись руки, ноги и язык. Наступал полуобморок.

– Позвольте представить, – учтиво поклонился Кокоша Шляпкин. – Татьяна… нет, Ольга… нет… Лиза! Лиза Вторая, внучка моей старинной приятельницы Лизы Первой, урождённой княжны Таракановой.

– Позвольте представить в свою очередь, – не менее учтиво поклонился Пёсик Фафик. – Сенбернар Ионафан. Мы с ним в домино играем.

– Козла забиваете, – понимающе кивнул старичок куплетист.

– Какого козла? – попятился Фафик.

– Вы всё-таки не очень образованная собака, Фафик. «Забивать козла» – это и значит играть в домино. Так говорят в народе.

– Понимаю, фольклор, – Пёсик вдруг стремительно лизнул руку Лизе Второй.

Ионафан последовал его примеру.

– И кто же чаще выигрывает? – поинтересовалась Лиза Вторая.

– Да по-разному. То Ионафан «козлом» остаётся, то я. Для нас, вообще-то, результат не важен. Мы и считаем-то с трудом, всё путаемся, у кого сколько очков на руках… то есть на лапах.

– Вот это оговорка! – потряс своей страсбургской тростью Шляпкин. – У собаки – и на руках! Вы, Фафик, человекоподобный пес. По-научному это называется «антропоморфный».

– Красиво звучит, – Фафик даже сконфузился.

Поэт стоял как статуя и был готов упасть.

– Семён Семёныч, дорогой! – спохватился Кокоша Шляпкин. – Мы ведь вот по какому делу. В газете «Весёлые дедуганы» (вы мне её оставили) я прочитал о потерпевшей старушке Таракановой, которую похититель заставлял заниматься алгеброй. «Не моя ли это старинная приятельница Лиза, урождённая княжна?» – подумал я. Очаровательная Лиза, которой я преподавал в школе литературу, пока меня не выгнали из учителей за дух вольности и призрак свободы.

– Я её, кажется, видел, – не удержался Фафик. – Замечательная старушка: рядом всегда три лохматые собачки. Как будто они её охраняют. С виду бедная, в стареньком пальто. Но три собачки придают ей весьма солидный вид.

– Она и есть, – продолжал Шляпкин.