Похитители старичков и старушек. Марка сказочника, или Опус, Кропус, Флопус!

Вторая – шведы под командованием Карла XII, как это ни странно, бились с русскими. Бились они, бились… бились, бились… очень долго бились…

– До чего добились-то? – не выдержал глухой голос.

Кокоша Шляпкин услышал скрип пера по бумаге. Злоумышленники явно за ним записывали.

– Не перебивайте, а то я буду начинать сначала, – гораздо бодрее молвил куплетист. – И третья особенность – схватка государей.

Карл XII выстрелил в Петра I из мушкета и попал в грудь. Но у Петра на груди висел огромный крест. Пуля угодила в крест, погнула его и отскочила в карман.

Тогда Пётр залез на дерево, выстрелил в Карла из пистолета и попал ему в левую ногу.

Что тут началось! Шведы кричат по-шведски:

– Скорую фысыфайте! Король сахромал!

А Карл XII кричит:

– Греки, радуйтесь! То есть, нет… Шфеты! Посор фам!

Скорая приехала с носилками. Король в истерике:

– Не уйту с поля поя!

Но его связали и увезли.

– Ну уж после этого, – старичок начал размахивать руками и дрыгать ногами, – армия разбита, конница бежит, мы ломим, сдаётся пылкий Шлиппенбах, пирует Пётр, наша взяла! Ура-а-а! – вдруг изо всех своих древних сил заорал Кокоша Шляпкин.

– Во даёт дедуган! – восхитился глухой голос, но Шляпкин этого не услышал.

– Ура-а-а! Ура-а-а!! А-а-а!!! – истошно вопил он, дёргаясь, как энергичная марионетка.

Но возраст быстро взял своё – старичок очень скоро обессилел и изнемог.

– Отпустите, гады! – жалобно выдохнул он и опять потерял сознание.

Бульварный поэт и куплетист Кокоша Шляпкин очнулся на том же месте, где был похищен, на 1-й За-вокзальной улице.

– Кажется, со мной приключилось приключение, – медленно произнёс старичок. – Что ж, скажи ещё спасибо, что живой!

Он дополз до своей квартиры.

По лестнице на второй этаж бедняга поднимался следующим образом: загнутым концом трости цеплялся за решётку, на которой держатся перила, и подтягивал своё немощное тело вверх.

Дома Кокоша Шляпкин прилёг на диван и тревожно задремал, забыв даже запереть дверь.

На диване его и застали Семён Семёнович и Пёсик Фафик.

Глава третья,

в которой много говорят о темноте, Фантомасе и краковской колбасе, а Пёсик Фафик очень застыдился

Кокоша Шляпкин приоткрыл правый глаз и увидел Пёсика Фафика.

– А скажите честно, собака: боитесь ли вы темноты? – вяло спросил он.

– Честно говоря, боюсь, – не растерявшись, ответил Фафик. – Хотя и не должен бы по службе.