Одинокие души

Передо мной стоит огромная квадратная установка. Первое, что приходит мне на ум – это гигантский аквариум. Я бы рассмеялась, если бы не видела данное сооружение своими же глазами. Стеклянный куб доверху наполнен водой, внутри колеблется чье-то тело. Люди вокруг отсчитывают время, Шрам стоит с секундомером в руке, тогда-то я понимаю. Черт подери, вот оно – посвящение новичков. Их испытывают на прочность. Правда, каким способом? Пытаясь утопить? Становится не по себе. Вряд ли обычный человек сможет продержаться без кислорода так долго.

Я присматриваюсь: внутри находится девушка. Ну и не сладко же ей приходится. Этот куб выглядит устрашающе, как и толпа, обволакивающая его. Неожиданно в моей голове возникает вопрос: может ли адреналин прибавить несколько минут без кислорода, когда страх воды, людей и закрытого пространства нагло их отнимает?

Я скрещиваю руки на груди и осматриваюсь: ну же, Карина? Где ты?

Неожиданно тело в аквариуме шевелится и медленно всплывает вверх.

– Нет-нет! – кричит Шрам, указывая на секундомер. – Еще двадцать пять секунд.

Я озадаченно хмурюсь. Он ее не выпускает?

Девушка начинает сильно бить по люку, теребить ногами в стороны, но парень даже не шевелится. Сначала я ощущаю глупое недоумение: почему он не поможет ей? Потом мной овладевает паника: она ведь там задохнется! А затем меня поглощает дикий ужас: заложница разворачивается ко мне лицом, и я понимаю, что это Карина.

Первое, что я делаю – это кричу, но мой возглас не слышен. Толпа орет настолько громко, что я теряюсь среди нее, словно спичка посреди пожара. Меня на автомате тянет к кубу, и я начинаю молотить по нему со всей силы, как ненормальная.

– Карина! Карина!

Сестра спускается чуть ниже и замечает меня. Схватившись одной рукой за горло, она прикладывает вторую к стеклу и что-то шепчет.

– Боже мой, – судорожно протягиваю я. – Боже, Карина! Помогите ей! Кто-нибудь!

Последний пузырек кислорода выходит изо рта моей сестры, и я вижу, как начинает оседать ее тело.

– Нет! Карина, нет! Выпустите ее!

Я срываюсь с места и непроизвольно несусь по лестнице к Шраму. Он удивленно замирает и смотрит на меня так, словно видит призрака.

– Отпусти ее! – верещу я и кидаюсь вперед, будто одичавшее животное.