Смертельно безмолвна

Однако затем я решительно хватаю за морщинистые руки того старого цыгана, что вперил в меня невидящий взор, и чувствую, как тело стремительно воспламеняется. Я открываю рот и закрываю глаза, ощущая, как вены на шее набухают, взрываются. Деревянные половицы внезапно проваливаются под моими ногами. Я падаю несколько секунд, а затем оказываюсь на полу в неизвестном темном зале.

– Черт возьми! – Я сипло вдыхаю и выдыхаю, пот катится по лицу. Оглядываюсь и громко сглатываю желчь, подкатившую к горлу.

Дерьмо! Я только что совершил нечто невообразимое – переместился или как это называется… Как это вообще возможно?

Осматриваюсь.

Где я? Здесь мало света: тусклые лампы пятнами освещают высокие каменные стены, а над головой, в центре необъятного, сотканного из холода и мрака зала, висит громоздкая, едва умещающаяся под потолком люстра со сверкающими свечами. Золотистые узоры, словно жилы, текут по стенам, собираясь в лужи около моих ног, рядом с огромным зеркалом. А перед ним бассейн с темной водой. На ватных ногах я плетусь к дыре в мраморном полу и непроизвольно трогаю пальцами густую бордовую жидкость. Подношу руку к носу и замираю, пытаясь осознать тот факт, что посреди зала находится бассейн, залитый чьей-то кровью.

– Твою мать!

Отхожу на несколько шагов назад и вытираю руки о джинсы, понятия не имея, где я нахожусь, почему именно сюда меня отправила магия Джофранки. Это ад? Я усмехаюсь, довольно нервно, и останавливаюсь около зеркала, в котором искаженно и размыто отражается мое лицо: черты смазаны, глаз не разглядеть, я будто бы стою за толстой пленкой.

Странно.

– Нужно понять, что я здесь делаю.

Это не вопрос – это подсказка. Я неспроста оказался тут и должен найти ответы. Ноа хотел, чтобы я это увидел. Но что именно?

Я осматриваю золотисто-медную раму, защищающую зеркало, и замечаю повторяющуюся надпись по периметру. Интересно, может, у меня паранойя, а может, важно все, что я вижу. Буквы настолько мелкие, что мне приходится присесть на корточки, чтобы разобрать хоть что-то.

Я прищуриваюсь и задеваю лбом старинную раму.

– Латынь, отлично!

Я ходил на курсы латыни, когда дополнительно занимался биологией, но в голове мало что осталось, однако я сразу узнаю слова «вода» и «огонь».

– Цертамине или сертамине… Черт! Ин перпетум.

Что-то знакомое. Надавливаю пальцами на глаза и киваю сам себе. Давай же, думай, соображай! Все ведь слова когда-то встречались, только сейчас в голове пустота.