Смертельно безмолвна

Я приподнимаюсь, собираюсь посмотреть текст чуть выше, но застываю. В солнечное сплетение будто вонзается кулак! Я оторопело гляжу в зеркало, но вижу лишь то, что происходит за моей спиной. А там стоит окровавленная фигура.

Фигура, поднимающаяся из багрового бассейна. Она медленно переставляет ноги, опуская их на пол с булькающим звуком. С ее плеч, рук, пальцев льется кровь. Я не могу дышать. Оборачиваюсь достаточно медленно, фигура приближается. Лица не видно, цвет одежды, кожи, волос не различить.

Силуэт приближается, шаги хлюпают у меня в голове, меж висков, и я хочу сойти с места, сделать хоть что-нибудь, но неожиданно замечаю их.

Зеленые изумрудные глаза, которые на кроваво-красном фоне кажутся ярчайшими несуществующими звездами! Ошеломленный и сбитый с толку, я забываю обо всем. Я шагаю вперед, ощущая, как кровь отхлынула от лица, как в груди раскрываются свежие раны, и на долю секунды перестаю быть тем Мэттом Нортаном, которого все знают, которого я знаю.

– Ари! – Я подаюсь вперед, не веря, что вижу ее перед собой.

Это она, она здесь!

Остаются считаные сантиметры, да и считаные секунды, как мне кажется, до того момента, как я схвачу ее за руку и уведу домой. И вдруг красные искры вспыхивают на кончиках ее пальцев. Ариадна замирает, лицо ее становится чужим и обозленным, и уже в следующее мгновение ее рука резко поднимается и сдавливает мое горло.

Что за…

– Ари, что ты делаешь. Ари!

Ее пальцы непослушно скользят по моему горлу из-за теплой крови, но это не мешает им стискивать мою шею с невероятной силой.

Я опомниться не успеваю, а она уже приподнимает меня над полом. Ее глаза прожигают во мне дыру, а я неуклюже мотаю ногами. И вдруг девушка… начинает смеяться. Ее смех становится громче, он идет из груди, изнутри, утробный и жуткий. Такой, что я не сомневаюсь: дела плохи.

– Отпусти! Что ты…

– Соскучился?

– Хватит! Это же я, это…

– Тшш! – ее голос завораживает, пленяет. Ари чуть ослабляет хватку, позволяет моим ногам коснуться земли и подходит так близко, что я ощущаю медный, соленый запах, исходящий от ее лица.

 – Посмотри на меня! – Я смотрю, слушаюсь ее беспрекословно, не соображая, не имея сил сопротивляться. Я оказываюсь к ней так близко, что вижу лишь ее глаза, те самые глаза, что видел всегда. – Мэтт, мой Мэтт.

Ее пальцы больше не сжимают мое горло, больше и не нужно.

Застываю, сраженный ее красотой, сломленный ее близостью.