Тени наших дней

Лучше скажи, на кой черт тебе так рано ехать на Окружную? Что за срочность?

– Должен с одним типом встретиться.

– Что за тип?

– Тебе он не понравится.

– А ты к нему испытываешь нежные чувства?

– У меня с ним все гораздо серьезнее. – Женек поправил непослушные волосы и небрежно откинулся на спинку кресла. – Мы с ним деловые партнеры. У тебя в Москве уже имеется деловой партнер? Ну или другой какой.

– Я не женат, если ты об этом.

– Видел бы ты лицо Педанта, когда вы с Соней из забегаловки выкатились.

– А было на что смотреть? – Парень заулыбался и невольно вспомнил симпатичное личико новой знакомой, а еще ее звонкий голос и колючий взгляд. – Давно они встречаются?

– Кто – они?

– Соня с Сашей.

– Ну, в мечтах Педанта – целую вечность.

– А на деле?

– На деле Соня – тухляк. Ты не подумай, болтать с ней классно. Она веселая и прикольная, иногда как понесет ее в дебри про кино или музыку, приятнейшее создание! Но с парнями, в том самом смысле, ну в том, чтобы ее как следует…

– Я понял.

– Полный провал.

– Внешне не скажешь.

– Маринка говорила, ее парень бросил, лет сто назад. Но у баб все куда серьезнее, ты и сам в курсе: сердце разбито, надежды не оправданны, больше никогда и никого и прочая ересь.

Парни одновременно прыснули со смеху.

В салоне повисла звенящая тишина. Лишь свистел рассерженный ветер и дребезжал убитый двигатель. Все казалось таким прежним и чужим одновременно. В голове никак не укладывалась картина. Кир то вспоминал детство, то проваливался в настоящее, и желудок сводило от этих американских горок.

Он редко думал о старых друзьях. У него не было времени, да и желания о них думать. Кирилл действительно считал, что уходом разрешал множество проблем, но сейчас сомневался в правильности принятых решений. Он разорвал все контакты, сжег все мосты. И это сработало! Он притворился человеком без прошлого, ведь куда проще живется с чистыми страницами. Правда, теперь Кирилл понимал, он осознавал, что не было никаких пустых страниц. Что как бы усердно он ни проходился ластиком по бумаге, карандаш оставлял следы, и некоторые буквы, даже спустя столько лет, хорошо прочитывались.

– У меня умер отец, – внезапно признался Женя, смотря в окно. Кирилл немного сбросил скорость и повернулся к другу. Все его тело похолодело. Руки так и застыли, вцепившись в кожаный руль. – Пару лет назад. Доигрался. И не поверишь с чем. – Женек поглядел на Кира. – С сигаретами.

Его губ коснулась ухмылка. Знакомая ухмылка.