Премудрая Хозяйка

У людей, вишь, бумага нашлась, по которой разрешалось им мать-лосиху убить и лосёнка сиротить. В тот страшный час даже Илька не смогла лосиху спасти. Тогда сразу трое охотников в лес пожаловало, с разных сторон подстерегали. От одного убойцы Хозяйка заслонила лосиху, приняла пулю, а от другого не успела. Да ещё в тот раз Илька, как только пуля в неё попала, сразу проснулась. Куда одной-то успеть?

Сеней – так лосёнка сама мама назвала, а Бобровскими в Кара-Шимском лесу почему-то всех лосей кличут. Видать, потому, что лоси, как и бобры, кору древесную любят.

Не такая уж ямина глубокая, а Сеня из неё выбраться не может. Ослаб в зимнюю бескормицу, а может, и после того, как мамку потерял, всё в себя не придёт. Не ест почти ничего. Целыми днями бегает с отчаяньем по лесу и мамку кличет, кличет… Мясоеды его не трогают, а волчица Марушка и вовсе за ним смотрит, чтобы беды не стряслось. В мамки, правда, не набивается, издалека приглядывает. Однажды даже росомаху отогнала. А тогда, когда Сеня матери лишился, это она его от людей увела.

Мясо Марушка, правда, ест – тут Хозяйке она соврала, конечно, – но мало вовсе. Уж такая жалостливая волчица! Когда дичину лопает, прям обревётся вся. А на охоте только загонять умеет.

Сидит себе Сенька в яме, нахохлился весь, передние копыта вперёд вытянул и на них мордаху положил. Илька его окликнула, а он равнодушно голову поднял и опять отвернулся, словно всё равно ему уже, ни до кого дела нет.

Илька засмеялась и спрашивает:

– Ты зачем сюда забрался?

Лосишка обиженно засопел и отмахнулся:

– Хочу и сижу.

– Ишь ты какой суровый! И есть, наверно, не хочешь?

– Ничего я не хочу…

– Второй день уже сидит, – просунулась из-за спины Ильки волчица. – Я ему и осинки в яму кидаю, и других деревьев коры нанесла, а он даже не притронулся. На весь свет обиженный-разобиженный. Самой-то мне не вытащить: эка вымахал!

Посомневалась Илька: лосишка уже большой, веса в нём, наверно, полтораста кило будет, если не больше.

«Ничего, вытащу как-нибудь», – подумала она, а сама приглядывается, за что Сеньку ухватить можно. Волчица вокруг суетливо бегает, волнуется.

– Держи его крепче, не урони смотри, – советует она. – За уши тащи, так верней будет.

– Как это за уши? – удивилась Илька. – А вдруг оторвутся?

– Не отвалятся, не боись… Эх, были бы у меня человеческие руки! Сколько возможностев от них!

– А лапы чем хуже? Может, скажешь, и ум человеческий лучше?..