Приемыш черной Туанетты

– А вот малютка с козой очень, очень мила; удивляюсь, как ее у тебя не купили!

– Видите ли, Селина, все время, что вас не было, шли дожди и приезжих совсем не видно было на улицах, – сказал Филипп, подходя к стойке и переставляя «Квазимодо» подальше, в тень, падавшую от колонн, украшавших фасад старого банка. – Не будь свадеб и похорон, мамочка не продала бы ни одного цветочка. Я ходил сюда каждый день и за все время не сбыл и дюжины букетиков.

– Это потому, что не было моей стойки для твоих цветов, мистер Филипп.

Таких крохотных человечков никто не замечает. Только у такой старухи, как я, могут быть покупатели, – говорила Селина, покачивая бедрами.

В то же время она размещала на стойке цветы Филиппа, обрызгав их водой из кружки.

– А эта бедная собака! Она тоже понимает, что я вернулась: заняла свое постоянное место под стойкой. Взгляните только на эту бедную тварь! Она чувствует себя как дома!

– Да, Гомо рад вашему возвращению, Селина, не меньше нашего, – ответил Филипп, наклоняясь над стойкой и улыбаясь Селине.

 – Я не знаю, кому из нас больше не хватало вас. Думаю, что Дее.

– Бедное дитя! – И добрая женщина нежно посмотрела на девочку. – Я постоянно вспоминала вас обоих и так рада, что вернулась! Эге, да твой шарф, как видно, не стирался с тех пор, как я уехала, золотая моя? Оставь его, и утром я принесу его чистым. А поглядите-ка, что у меня в корзине припасено вам на ужин! – продолжала Селина, делая гримасу Филиппу и вытаскивая узелок из чистой салфетки.

 – Я привезла из деревни мучные хлебцы и кружок сыру, который так любит твой бедный папа?! А посмотрите-ка сюда, детки, – вот вам кусок свадебного пирога! Отличный пирог! Сестра большая мастерица печь – научилась у своей старой барыни! Ну, видели вы когда такой чудесный пирог?

– О, Селина, какой дивный пирог! – вскричали дети в один голос. – И сколько на нем сахару!

– Ну-ка, съешьте сейчас по кусочку, – предложила Селина, протягивая детям по изрядному куску пирога.

 – А это вот для твоего папы, маленькая моя, и для твоей мамочки, мистер Филипп!

– Ах, Селина, вы ужасно добрая! – воскликнул мальчик, набивая рот. – Я и то говорил Дее, что вы привезете нам из деревни гостинца!

– Можно мне оставить половину на завтра, Селина? – спросила Дея, медленно прожевав часть своей порции.

– Конечно, дитя мое, можно, если тебе этого хочется; бери же узелок и клади в корзину.