Приключения дракона и кота. Большое путешествие

– Ну?

– Вы из-за неё не хотите быть видимым? Боитесь, да?

Голос фыркнул:

– Вот ещё! Просто мне так нравится. Привык.

Гусля повращал глазами. Он тоже привык к тому, что Голос – это просто голос. Но дракончик любил обниматься, и его расстраивали необнимательные существа.

Вечером звери собрались на поляне вокруг дома-холма. Гусля распахнул дверь.

– У нас праздник, да? – обрадовался он. – Пряники будем есть? Обниматься?

– Да, – неожиданно подтвердил Кот. – Это прощальная вечеринка. Гусля переезжает.

– К маме? – завопил дракончик. – Ура!

Кот закашлялся. Где Гуслина мама, до сих пор никто понятия не имел.

– Слышь, мохнатый, – участливо предложил Голос, – давай без потрясений. Рассказывай, что удумал.

Кот набрал воздуха в грудь и изложил свой план. Гусля временно поживёт в чаще, при первой же опасности спрячется в колодце. А по лесу гулять не будет, пока чудище не поймано. И пока Глафира не перестанет носить огромную котомку, в которой наверняка полно колдовских приспособлений.

Остальные могут по очереди навещать дракончика, чтобы ему не было скучно.

– Послезавтра приходите все! – пригласил Кот. – А завтра… – Он тряхнул головой: – Завтра никто не приходите! Завтра в полдень тайной тропой я проведу дракончика в убежище.

Зверятам план понравился. Главное, что их не призывали ловить чудище. И только Голос недовольно хмыкнул:

– Болтаешь много, мохнатый. Совсем осторожность потерял…

Вместо ответа, Кот перевернул заплечный мешок и вытряхнул из него на крыльцо сачок и горку душистых плюшек.

– На ужин останешься? – спросил он. – Суббота же сегодня, булочный домик кренделя выбрасывал. Я тебе с сахаром наловил.

Голос хмыкнул. Плюшка поднялась в воздух и исчезла. Поляна наполнилась громким чавканьем.

К кому летят пироги?

Помоги Коту пробраться к колодцу незамеченным.

Ровно в полдень Кот спрятался в чаще у колодца. Таращился на его крошащийся борт и не смел оторвать взгляда. Колодец он накрыл крышкой, которая была немного меньше, чем проём.

Она не проваливалась только потому, что Кот удерживал её в воздухе взглядом. К сожалению, он не рассчитал силы: долго справляться с такой тяжестью на расстоянии не получалось. Зрачки Кота расширились, между ушей пролегли глубокие складки, шерсть на загривке встала дыбом от напряжения.

Кот тяжело дышал и потому совсем не слышал, как, осторожно раздвигая колючки, к колодцу ближе и ближе подбиралось что-то огромное. Приближался страшный момент.