Приключения завров на Зеленой планете. Золотой Глобус

Какой актер из слепца!

– Ничего, карамба, – утешал его Капитан Рекс, – слепые актеры тоже бывают, балалайку тебе под майку. Выйдешь на сцену с завязанными глазами и будешь стихи читать. Глаза то тебе зачем, карамба.

– Действительно. Я читал про слепых актеров древности, – вставил свое слово Путешественник Птиро, – они были очень знаменитыми и на их представления народ валом валил, так здорово они читали свои роли в театре. Даже специальные пьесы для них писали великие писатели.

– Правда? – с надеждой в голосе спросил Оврано, – значит еще не все потеряно.

Точно! То, что я ослеп полностью, не помешает мне выучить роль! Кто-нибудь будет мне читать, а я буду запоминать. Великий слепой актер! Классно.

– А с чего вдруг ты решил, – раздался голос врача Дипло Дока, – что полностью ослеп? Как, собственно, ты поставил себе такой диагноз?

Все неловко замолчали. Было стыдно за бессовестного доктора, который не верил в страдания раненого.

– Но я же ничего не вижу, Док! – воскликнул несчастный Оврано, – я же полностью ослеп! Даже лучика света не могу разглядеть! Бедный я несчастный! Не верят мне еще друзья! Ты думаешь, я вру, чтобы меня жалели? Если так, то оставьте меня в этих джунглях под ближайшим деревом на съедение индейцам.

Лучше погибнуть от их рук, чем знать, что тебе не доверяют заврики, ради которых рисковал своей жизнью.

Оврано разрыдался и начал вырываться из рук Раптора.

– Да мы все ничего не видим! – воскликнул Дипло Док, – причем тут слепота! Мы внутри пирамиды и у нас только одна спичка на всех.

Мы ее экономим и потому идем в темноте.

Только тут до всех дошло, что Оврано мог и не ослепнуть. Он же очнулся только после того, как каменная дверь закрылась и просто не знал, что находится в подземелье в полной темноте! Опять все начали галдеть и утешать несчастного Оврано.

Бац!!!

– Ах!!! Ой-ой-ой!!! – раздалось впереди процессии, и все сбились в кучу.

Это шедший впереди всех Счастливчик отвлекся на разговоры и врезался лбом в каменную стену.

Он прозевал поворот. Пока генерал и капитан, которые взяли на себя командование друзьями в трудных условиях, успокаивали своих друзей (на Короля не было никакой надежды, потому что, как только все остановились, он снова начал целоваться с Королевой и Димошей), Оврано молчал и медленно вникал в происходящее. Когда все угомонились и собрались идти вперед, он спросил:

– Так мы в пирамиде?

– Да, – ответил Птиро, теребя в кармане свой коробок с единственной спичкой.