Правила покупки волшебных вещей

Капюшон толстовки был натянут на его крашеные чёрные волосы, и был виден только белый лик смерти.

Все глаза были устремлены на него, и Паук, вздохнув, пошёл к нам, чтобы увести Майка со двора.

– Ну да, кто же ещё, – пробормотал он. Ему казалось очевидным, что виноват Майк.

Конечно, ведь Майк был жутким, даже очень.

Я тоже боялся его. И он наверняка был преступником. Но ручку он не крал. Потому что его даже не было на месте преступления.

Почему же он промолчал?

Ну же, парень, скажи что-нибудь, взмолился я про себя.

Но Майк молчал.

Не раздумывая, я буркнул:

– Это полная чепуха. Это не мог быть он. Он всю перемену был со мной в туалете.

Не только Паук, но и другие ученики, и в первую очередь Майк, ошарашенно уставились на меня. В этот момент я понял, как по-идиотски это прозвучало.

Только девчонки ходят в туалет вместе. Парни – никогда. Это позор. Некоторые ученики уже начали хихикать.

Нет, мне просто должно хоть что-то прийти в голову. Я снова заговорил, чтобы спасти то, что ещё можно было спасти:

– Ну, в общем, так.

Я неважно себя почувствовал. И Майк был так добр, что остался со мной посмотреть, станет ли мне лучше или нужно позвать учителя. Ну вот, а потом я пришёл в себя. И это действительно здорово с твоей стороны. Спасибо, приятель!

– Это правда? – мрачно спросил Паук. Все напряжённо молчали, прислушиваясь. Но Майк ничего не сказал, только коротко кивнул, развернулся и, не забыв смерить меня уничижающим взглядом, исчез как тень за ближайшим углом.

О чём я только думал! До этого случая Майк даже не знал о моём существовании. А теперь меня ненавидит самый жуткий парень во всей школе.

На следующий день Филина и Майк перестали быть моей единственной проблемой. С самого утра я боялся урока биологии. Не из-за темы – ведь нам предстояло работать с микроскопами в лаборатории, которую обычно использовали только старшие классы, а что-то рассматривать в микроскоп казалось мне в порядке исключения довольно увлекательным.

Меня выматывала история с подписью. Уже в начале урока Паук собрал контрольные. Я лихорадочно обыскал свой портфель, а потом звонко ударил себя ладонью по лбу и виновато сказал:

– Быть не может! Наверное, я оставил её дома. Вот чёрт.

Паук мрачно посмотрел на меня, конечно, не поверив ни единому моему слову, и проворчал:

– Крайний срок в пятницу.

Я кивнул, спокойный внешне, но трепеща внутри.

А затем произошло кое-что очень необычное.