Приключения Климова в Горном Алтае. Почти туристическая история

В тот же миг каменная дверь закрылась, и как бы «растворилась». Потом многие ходили в то место, да так и не нашли эту заветную дверь.

Старик, внимательно слушавший Сергея, с уважением посмотрел на него и удивленно прищелкнул языком:

– Э-э! Сам молодой, а мудрость много!

Сергей смущенно ответил:

– Спасибо, кюндюлю[7 - Уважаемый – (алт.).], не проводишь ли нас через сопки в Тюнгур?

– Э-э, зачем так далеко ходи. Тут дурной места, кричи, зови, никто не придет. Пропадай, не хочешь, ходи со мной, тебя и его, – он указал на Колю, – беру.

Костя обиженно сказал:

– Не больно-то было и надо. Все равно я не могу самолет бесхозным бросить, за него мне голову оторвут, да и груз опять, же… Только помогите его развернуть, может быть удастся с движком разобраться, и попробую взлететь.

Сергей тепло попрощался с пилотом:

– Костя, не рискуй лучше, компас не работает, что-то с двигателем, в любом случае, как дойдем до людей позвоним на аэродром, может и раньше получиться сообщить.

– Зачем оставляй? – удивился Чон. – Лошадь бери, вези!

– А у вас и лошадь есть?!! – восхитился Коля.

– Сейчас веди, однако, – отозвался уже на ходу странный старик.

Он вернулся быстро, ведя в поводу не очень крупную лошадь рыжего цвета.

– О-о, «алтаец», хорошая порода, – одобрил Сергей.

– Лошадь добрый, ноги сильный, однако хитринка тоже есть, – добродушно усмехнувшись, сказал Чон.

Поделились с Костей консервами, быстро навьючили свою поклажу и двинулись в путь в таком порядке: вначале Чон с лошадью в поводу, потом Коля, замыкающим, – Сергей. Шли, молча и сосредоточенно. Солнце, то появлялось, то скрывалось за тучами. Остро и пьяно, до головокружения, пахло смолой, прелой хвоей и листьями. Коля поначалу радовался. Еще бы! Не в книжках же читает или в интернете смотрит, а идет по настоящей девственной тропе, в каком-то таинственном месте, может даже на краю света! Он чувствовал себя настоящим путешественником! Коля начал вначале вполголоса, а потом все громче петь и кричать от распиравшего его внутри чувства восторга! Наконец, Чон, не выдержал, обернулся:

– Человеку голова дана думай! Зачем ходи-шуми? Лес шибко не любит, сердиться будет!

«Ну, вот, уж прямо и покричать совсем нельзя, попал в такую сказку и иди, молчи себе под нос», – обиженно подумал Коля.