Приключения Лёньки и его друзей

Здесь всё замечалось: как работаешь, как дышишь, что говоришь – то есть выявлялось, какой ты есть на самом деле.

Если не нытик и демагог, то тебе, молодому мальчишке, достаются только одобрения и благодарность, от которых хотелось ещё больше и больше работать.

Лёнька не жалел, что папа отправил его в тайгу проверить свои силы. Иной раз душа у него пела от ощущения, что ему всё нипочем и всё по силам. Если раньше, перед выходом на боксёрский ринг, при виде грозного соперника, у него иногда возникал мандраж, то теперь он чувствовал свою силу и уверенность во всех своих делах и ощущал, что ему сейчас всё по плечу и что он сможет справиться с любой трудностью.

Но работать постоянно без перерыва и отдыха тоже невозможно. Люди ведь не машины. Да и тем надо делать профилактику для дальнейшей работы. Поэтому дней через десять Иван Михайлович решил:

– Всё, ребятки. Завтра устроим выходной. Выспимся, помоемся, постираемся. Согласны?

Мальчишки тут отреагировали на такое заманчивое предложение.

– Конечно, Михалыч! – хором прокричали они.

Утром, даже после восхода солнца, в заимке стояла тишина.

Борисы дружно храпели, а мальчишки с головой закутались в спальники и мирно посапывали. Один только Иван Михайлович осторожно поднялся и вышел на крыльцо заимки, аккуратно прикрыв за собой дверь.

День снова обещался быть жарким, но пока утренняя свежесть бодрила.

Михалыч обтёр от росы скамью и, усевшись на неё, закурил. Выдохнув первый клуб дыма, он смотрел на зелёные сопки, слушал шум воды в речке и наслаждался тишиной прекрасного утра.

Перекурив, он положил наколотые дрова в костёр и разжёг его.

Костёр вскоре радостно затрещал, выдавая сполохи пламени вперемешку с дымом. Михалыч налил в котелок воды и принялся ждать, когда она закипит, чтобы приготовить себе чай.

Прошло немного времени, и из заимки по очереди вышли Борисы. Они, перекинувшись несколькими фразами с Михалычем, пристроились с ним рядом, налили в кружки чай и залюбовались утренней красотой тайги.

Приготовив завтрак и оставив Борисов у костра, Михалыч вошёл в заимку.

– Подъём, ребятки! – громко крикнул он.

Но подъёма не произошло, только Сашка, высунув голову из спальника, жалостливо попросил:

– Михалыч, ну ещё немного, ну ещё чуть-чуть, – и вновь попытался скрыться в спальнике.

Но Михалыч останавливаться не собирался.

– Неча разлягаться, – громко и недовольно прикрикнул он на спящие тела.