Приключения Лёньки и его друзей

Радости их не было предела.

Но Михалыч тут же их урезонил:

– А сейчас брысь спать. Спать немедленно. Солнце взойдёт – я вас подниму.

Ребята сейчас были готовы на всё, лишь бы Михалыч не передумал, и безропотно влезли в спальные мешки.

Впечатления и работа, выполненная сегодня, сделали своё дело.

Через несколько минут мальчишки крепко спали, и им ничего уже не мешало, даже богатырский храп Михалыча и двух Борисов.

Глава седьмая

Проснувшись, Лёнька едва вылез из спального мешка. Всё тело болело.

Увидев его страдания, Михалыч незлобно усмехнулся.

– Это с непривычки у тебя. Расходишься сегодня, оно и пройдёт. Вы молодые. На вас всё как на собаке… Это мне, старому, надо быть поосторожнее, – покряхтывал Михалыч.

– Ой, – рассмеялся младший Борис, – старого нашёл. Мы за тобой не угонимся. Нам бы всем быть такими старыми. Вон уже сколько профилей проложил. Нет, не угнаться нам за тобой, – подытожил он.

– А ты не гонись, – проворчал в его сторону Михалыч, – делай своё дело, вот оно и получится. – Он отвернулся от балагурящего Бориса и пошёл к костру.

На костре подогревался вчерашний котелок с борщом и кипятился свежий чай.

Мальчишек после умывания не пришлось приглашать к столу. Они похватали миски и от всей души наворачивали борщ, зная, что до вечера у них будет только один перекус с хлебом и консервой.

Покончив с завтраком, мужики перекурили, подхватили топоры с мачете, закинули за спину котомки и двинулись в тайгу.

Витька пришёл с прииска через два дня, и так потекли рабочие будни бригады.

Утром – подъём, завтрак и работа. Вечером – ужин и спать, чтобы отдохнуть и завтра вновь, с новыми силами, браться за топоры и мачете, прокладывая новые профили.

Комары, мошка, палящее солнце, жара, пот им уже были нестрашны. Лёнька ко всему этому как-то быстро привык и на такие мелочи, как комарьё, перестал обращать внимание.

Задача была одна – прокладывать профили и не отставать от взрослых.

Хотя после рабочего дня от усталости не поднимались руки и едва шевелились ноги, но он старался не показывать виду, до какой степени устал. Он бегал за дровами, таскал воду, делал приборку в заимке, тем самым показывая свою бодрость и силу.

Иной раз Лёнька ловил на себе одобрительные взгляды Михалыча, да и Борисы, бывало, награждали его знаками одобрения.

Что тут говорить. Каждый здесь был как на ладони.