Приключения Хомы и Суслика. Сказки

– Быть того не может! – поразился Гриф.

– Может, может.

– Разбежись, тогда и взлетишь, – посоветовал Гриф.

– Куда – разбежись? – повертел головой Страус.

– Туда, – вновь показал Гриф в ту сторону, где их ожидало столько всего вкусненького. – Всё ближе будет.

Пробежал Страус несколько шагов, взмахнул крыльями, но не взлетел. Не вышло.

– Птичка! – Гриф насмешливо выдернул у него перо из хвоста – чпок! – и себе в хвост вставил. – Ты посильней разгонись! Опаздываем, всё вкусненькое съедят!

Помчался Страус.

А Гриф над ним кружит и сверху зычно командует:

– Давай, давай! Работай, Страус, работай ногами! Ещё быстрей! Главное, крылья! Маши крыльями! Делай, как я!..

Но как ни давал, как ни работал ногами, как ни махал крыльями Страус, ничего не получалось – никак не взлетал. Но зато стремглав уносился всё дальше и дальше в указанном направлении, вздымая мелкую песчаную пыль.

Летящий следом Гриф остался где-то далеко позади.

Страус остановился у какого-то ржавого автомобиля, давно брошенного в пустыне, и огляделся по сторонам.

Нигде не было видно учителя Грифа.

Наконец Гриф прилетел и, задыхаясь, плюхнулся наземь.

– Так и не взлетел? – тяжело дыша, спросил он.

– Нет…

– Птичка! – Гриф снова резко выдернул у Страуса другое перо и опять украсил им собственный хвост.

Затем проковылял к машине, развалился на дырявом сиденье и вновь принялся командовать, приговаривая:

– Летай! Не умеешь – научим! Не хочешь – заставим!

Напрасно пытался Страус взлететь, без толку бегал и подпрыгивал.

– Старайся, старайся! О крыльях не забывай! – покрикивал Гриф и, поглядывая на далёкий горизонт, где, по его сведениям, скрывалось много чего вкусненького, азартно рассуждал:

– Лучше день потерять, потом за пять минут долететь!

В конце концов не выдержал Страус.

– Крылья, крылья… – возмутился он и гордо воскликнул: – Ноги!

Он гневно согнул ногу в колене, показав Грифу мощный бугор мускулов.

Струхнувший Гриф так и свалился с сиденья и, словно какой-то задрипанный страус, сунул в песок голову.

– Птичка! – хмыкнул Страус. Одним махом выдрал у него все хвостовые перья, свои и чужие, и гордо вставил их себе, став ещё пышнее прежнего.

Затем погрузил ногу в песок и насмешливо пощекотал там, под песком, трусливую голову Грифа.

– А! – Гриф поспешно выдернул голову.