Принцесса Лиза, которая прилетела на воздушном шаре

Дом – сооружение сугубо материальное, а наша обитель обращена исключительно к духовному. Вдохните благословенный дух сего места, и просветление снизойдёт на ваши головы.

Все глубоко вдохнули.

– Ну как? Чувствуете? – спросил брат Бутон с надеждой в голосе.

– Вкусно пахнет, – сказала Лиза.

– На то она и клумба, чтобы вкусно пахла. Я и не знала, что около нашей бытовки есть такая красота, – сказала Бижу.

– Это для непосвящённых – клумба, – с едва уловимой обидой сказал монах. – А для истинно вкусивших её плодов и ароматов – обитель познания.

– Чего познания? – спросил Ножик.

– Высочайшего таинства всемирного цветения духа и увядания плоти.

– Мудрёно, – сказала Циля и ухмыльнулась.

– Это потому, что вы ещё не приобщились. – Брат Бутон сложил ручки на животе и поднял глаза к небу. – Взгляните на этих скромных полосатых тружеников. – Несколько пчёлок жужжали и кружились над его головой. – Они глубоко прониклись духом нашей обители и теперь собирают во благо её чудодейственный нектар.

Лиза внимательно присмотрелась к пчёлкам и с удивлением заметила, что серебряные ведёрки были привязаны у них разноцветными лентами прямо к животу.

– А куда они нектар девают? – спросила девочка.

– Сдают на благие дела, – уклончиво ответил брат Бутон.

– Какие благие?

– Разные… Непосвящённым это трудно объяснить.

Лиза ничего не поняла и решила: в такой ситуации, чтобы не показаться дурой, лучше будет промолчать. Остальные тоже молчали, каждый по-своему обдумывая слова монаха.

Тишину нарушали только шелест лепестков, жужжание прозрачных крыльев и серебряное позвякивание над головой.

3

– Какой чудесный аромат. Какие чудесные цветочки, – сказал Маркиз, у которого необычно широко открылись глаза и задрожали кончики пальцев. Он подошёл к красному махровому маку и со свистом втянул носом воздух.

– Чувствуете благодать? – спросил брат Бутон. – Чувствуете, как силы цветения проникают в вас?

– Чувствую! – радостно закричал Маркиз, чем сильно удивил друзей.

Они никогда ещё не видели своего благородного друга таким возбуждённым. – Это бесподобно! Божественный аромат! Я не нюхал ничего подобного с тех пор, как полностью опустел.

– О, боги цветения и увядания, благодарю вас. Он приобщается! Новый брат наш идёт к вам навстречу, – прокричал брат Бутон и воздел руки к небесам. Широкие рукава балахона сползли почти до самых плеч, открыв бледные плохо приспособленными к физическому труду мышцы.