Про Дуньку, которую знали все

В горле свербило и щекотало так, что спать не могла. И если бы не этот противный кашель, в поликлинику мать бы её не затащила.

Толстый коротышка, с рыжими усами и веснушками на крупном носу, очень похожий на отъевшегося кота Базилио, в белоснежном, как на сказочном Айболите, халате, долго разглядывал её с нескрываемым любопытством. Потом наконец насмешливо спросил:

– На голову не жалуешься?

– Не-а! – мотнула головой Дунька. – Что мне на неё жаловаться? Голова как голова, и даже получше, чем у многих.

– А ведёшь себя почему так бесцеремонно?

– А тебе что? Сам за своей головой следи.

Тот хмыкнул и потёр рукой свой двойной, очень похожий на свинячий, подбородок.

– Я – врач. И могу положить тебя в больницу. Не в простую… а в психдиспансер. Вот вызову сейчас санитаров, и они наденут на тебя смирительную рубашку. Будешь знать тогда!..

– А что я сделала?! – вытаращила на него глаза Дунька.

– И вообще, – продолжал коротышка, – я намного старше тебя, пожалуй, уж в прадедушки гожусь.

Так что потрудись обращаться ко мне уважительно – на «вы».

Но Дунька пропустила это мимо ушей.

– Если ты такой старый, почему работаешь? Давно на пенсию пора. И при чём здесь санитары? Я ж не буйная…

– Язык у тебя больно длинный! И правилам школьным не подчиняешься!

Он хотел было и дальше поучать её, но Дунька оборвала:

– Школа не армия! Это в армии солдаты генералам подчиняются. К тому же я девчонка.

– Тем более! – сразу прицепился к слову доктор.

 – А ведёшь себя хуже хулиганистого мальчишки!

– О-ой! Началось! – артистично закатила она глаза. – Придумал бы что-нибудь новенькое! Это мы уже проходили!

Но, видно, ничего новенького этот Айболит придумать не мог, чвакал губами и буравил её своим насмешливым взглядом. Дунька отвернулась к окну, всем видом своим демонстрируя, что потеряла всякий интерес к этому никчёмному разговору. А тот вдруг свёл лохматые брови.

– Слушай сюда! – пикой нацелив на неё свой толстый указательный палец, сквозь зубы процедил он.

 – Ещё раз тебя ко мне приведут – упрячу в больницу, в одиночную палату. Твоя попа взвоет от уколов. Будешь спать целыми днями, чтобы нормальным людям жизнь не отравлять. Поняла?! – Да ещё приблизил свои рыбьи немигающие глаза к самому Дунькиному лицу.

Дунька брезгливо отпрянула.

– Фу! Страшный-то какой! Давно на себя в зеркало смотрел?!

Рыбьи глаза психиатра мгновенно сузились, а потом и вовсе закрылись.