Простодурсен Лето и кое-что еще

Простодурсен спит. Сдобсен ругает погоду. Пронырсен ест одни сухари. Ты хмуришься и куксишься, как перекисшее тесто. Значит, нам чего-то не хватает. Такого, чтобы согрело душу и сердце. Короче, нам не хватает театра.

– Театра?!

– Коврижка, кстати, хорошая.

– Спасибо.

– Корочка как надо и тесто тоже.

– Спасибо.

– Ты собираешься киснуть весь день?

– Киснуть? Я только и делаю, что говорю спасибо.

– Ну ладно, хорошо. Тогда мы сразу займёмся спектаклем.

– Каким спектаклем?

– Для театра. Раз нам его не хватает.

– Нам всего хватает.

– Вот как? И где же у нас театр? Когда ты был в нём последний раз?

– Какой последний раз? У нас вообще театра нет.

– Вот именно. Я же говорю – нам не хватает театра.

– Я не заметил, что нам его не хватает.

– Ты не устаёшь всё время быть таким противным? Если ты сейчас же не начнёшь улыбаться, то…

– Что?

– То я уйду.

– Скатертью дорожка.

– Фу-у. И это пекарь?! Ай-ай-ай. Пойду я лучше к Простодурсену, с ним хоть поговорить можно как с человеком.

– Он спит.

– Подумаешь! Я его разбужу. Спящего можно разбудить, а вот хмурому и злющему лучше пойти поспать.

Она вскочила со стула и выбежала прочь.

Ковригсен стал прибирать. Октава насвинячила будь здоров как, крошки белели и вокруг подноса, и около стула. Но под столом было темно как ночью.

Пока Ковригсен, сидя на корточках, собирал крошки под столом, в голову ворвались такие слова:

В небе мокро и темно,

тень ложится на окно.

Сохнут звёзды при луне,

сосчитать их трудно мне.

Он вскочил, чтобы догнать Октаву и улыбнуться ей. Прекрасный стишок вернул ему радость. Но, выпрямляясь, он со всей силы стукнулся головой о стол. Слова опять перепутались, а Ковригсен скрючился под столом, пережидая боль.

Вопросы Утёнка летят как с деревьев листва – у Простодурсена кругом идёт голова…

На самом деле Простодурсен вовсе не спал. Он давно проснулся и сидел в раздумьях за столом. Раньше его будил дятел. Но теперь в доме завелись другие птицы, и от их методов побудки Простодурсен вскакивал как ужаленный ни свет ни заря.

У него жили Утёнок и его мамаша-утка. Сначала они плавали в канаве у дома. Но потом вечера стали холодными, и гости попросились в дом. Как-никак Утёнок появился на свет в кровати Простодурсена. Впрочем, это тоже случилось давно и в другой книжке.

Вечерами Утёнок сидел на подоконнике, смотрел в небо и не давал Простодурсену спать своими бесконечными вопросами.