Простые чудеса

Лето ворвалось в жизнь небольшого городка вспышками солнца, долгожданными каникулами, новым витком кризиса в бесконечных выпусках новостей и, конечно, очередным огородным сезоном.

Соколовы не могли похвастаться шикарной дачей, но её аккуратному участку завидовали все соседи.

– Вы там пальмами ещё всё не засадили, а? – с улыбкой спросил сосед Михаил, обратившись к женщине. – А то эти… одни ваши абрикосы уже надоели… как геморрой в…

Ха-ха-ха! Скоро бананы будут? Либизьянов станете кормить, ага?

– Чуть позже хотим и пальму, если оранжерею достроим… а вот орехи в этом году усыпные ждём.

Поможешь снимать?

– А то! Не забудь позвать.

Татьяна лишь улыбнулась, зная, что сосед, которого вся улица знала под пролетарским прозвищем Самогоныч, скорее пропьёт весь дом, чем сдержит обещание.

Женщина наполнила изящную лейку в виде забавного улыбающегося фламинго водой из садового бака и стала поливать бежевые рододендроны. Цветы покачивали нежными лепестакми, словно благодаря хозяйку за труд и заботу.

Вдруг из дома раздался такой отчаянный вопль, что лейка выпала из рук Татьяны. Она всплеснула руками и побежала на крик, в душе молясь, чтобы ничего не случилось с Николаем.

Кот Васька сидел у кровати, глядя на мужчину испуганными зелёными глазищами. Черная шерсть на спине животного стояла дыбом.

Николай, бледный как снег, хватал ртом воздух и выкрикивал что-то нечленораздельное.

– Коля! Коленька! Что с тобой?

– А-а-ах… – застонал он и вцепился в руку жены.

 – Они! Оно! Там!

– Опять сон? Успокойся, родной. Всё кончилось, – Татьяна едва сдержалась, чтобы не закричать, когда муж ещё сильнее сдавил её запястье. Казалось, ещё немного и мужчина сломает ей руку.

– Оно та-ам! Летит, летит сюда! – всхлипнул Николай и ослабил хватку. Его дикий, испуганный взгляд стал постепенно проясняться.

– Уже ушёл. Я его прогнала, – решительным тоном сказала Татьяна и стала нежно гладить мужа по голове, как ребёнка.

Он всхлипнул ещё несколько раз, обнял жену и положил голову ей на грудь.

Сквозь окно в комнату заглядывали тусклые лучи, в их свете женщина казалась прозрачной солнечной феей, которая прилетела, чтобы спасти мужа от кошмаров.

Через полчаса Соколовы уже работали в саду. Николай молчал. Татьяна внимательно следила за выражением лица супруга, пытаясь по малейшему движению брови или поджатым губам понять – нет, скорее почувствовать, что творилось у него в душе. За последние годы он сильно изменился.