Профессионалы

Специализируется на вязаных шапках. А в конце: „За любую предоставленную информацию – вознаграждение“. И ещё: „Береты, ушанки, шапочки для бассейна не предлагать“».

* * *

На следующий день тётя Паша связала Васе Печёнкину шапку и уговорила объявление не вешать. Сказала, мол, попадёт ей от директора за то, что в раздевалке были посторонние.

Через две недели стало тепло. Печёнкин сменил пуховик на демисезонную куртку, и мама разрешила ему ходить с голой головой.

Убирая пуховик до следующей зимы, мама проверила карманы, не осталось ли в них чего-нибудь, а заодно и рукава.

Мама засунула руку поглубже и наткнулась на что-то мягкое.

– А я похитителя нашла, – сказала мама, вытаскивая из рукава шапку. – Эх ты, детектив!

Печёнкин недоумённо вертел в руках шапку. Шапка действительно была его – тёмно-синяя, вязаная.

– Ну вот, шапка нашлась, зато рюкзак разорвался, – проворчал Вася.

Мама осмотрела рюкзак со всех сторон и сказала:

– Идём покупать новый. Только маленький не будем.

Возьмём такой, чтобы до одиннадцатого класса хватило. На вырост.

Поэт

Еще вчера Антон Вертолётов мечтал быть изобретателем, позавчера – гонщиком, а неделю назад – танкистом. Но сегодня он твёрдо решил стать поэтом.

В школе вышел очередной выпуск стенгазеты «ГВОЗДЬ» – Газеты Весёлых, Озорных, Задорных Детей.

Гвоздём каждого выпуска было стихотворение. Его обязательно размещали в самом верху, в рубрике «Стань поэтом». Писать стихи в школе было занятием популярным.

Директор, будучи личностью творческой, всячески его поддерживал. Он сам писал стихи и даже руководил поэтическим кружком. Для «ГВОЗДя» отбирал стихи лично.

В последнем номере поместили стихотворение Игорька Крылова, одноклассника Вертолётова. И Игорёк сразу же стал знаменитостью. Теперь на переменах ему не давали прохода школьные корреспонденты: то Крылова фотографировали, то брали интервью. Их очень интересовало, когда и почему тот стал писать стихи, хотя стихотворение Крылов написал всего одно.

Некоторые, в основном младшеклассники, даже просили у школьной знаменитости автограф. Они протягивали всё, на чём можно было писать, – листочки, тетрадки, а иногда дневники или даже книжки оказавшиеся в портфеле: Пушкина, например, или Некрасова, и просили: «Распишись, пожалуйста». И Игорёк расписывался. Он даже специально подпись придумал с огромной закорючкой, чтобы её никто подделать не мог и к его славе не примазывался.