Путешествие белой медведицы

 – Я имею в виду, петь?

– Не знаю. – Я пожал плечами. – Само получилось.

– Ну что ж, – сказал доктор и потёр глаза.

Он вдруг стал как будто очень уставшим.

– Что скажешь? – обратился он к капитану.

Капитан нахмурил косматые брови, внимательно изучая меня взглядом. В его холодных глазах читалось одобрение. Затем он посмотрел на медведицу и пожал плечами.

– Одному богу известно, как животное поведёт себя в неспокойном море. И только бог знает, сможет ли мальчишка успокоить её тогда. Но если ты считаешь, что он пригодится, я готов взять его на борт.

Глава 10

Королева Маргрете

Капитан был прав насчёт одного: на следующее утро все, кто мог, явились в гавань, чтобы посмотреть, как будут грузить на корабль королевского медведя. Слухи разлетелись очень быстро. В порту собрались люди всех мастей: рыбаки и моряки, торговцы и попрошайки, плотники и кузнецы. Было даже несколько женщин (жёны моряков, служанки и матери с младенцами на руках). Дети носились по набережной среди оборванцев и нищих, и в гавани царило праздничное настроение: вокруг смеялись, пели и кричали.

Я старался не отставать от доктора, пока он пробирался сквозь толпу зевак. Наконец он остановился и указал на корабль перед нами.

– Вот она, – торжественно сказал он. – «Королева Маргрете».

Это было большое широкое судно, но оно казалось гораздо красивее, чем массивные заморские когги[7 - Когг – средневековое одномачтовое палубное парусное судно.], стоявшие в гавани. У «Королевы Маргрете» были ахтерштевень[8 - Ахтерштевень – задняя оконечность корабля в виде жёсткой балки или рамы сложной формы.

] и штурвал, как у более современных судов, в кормовой части располагался ют. Но её киль, изящный и горделивый, изгибался, как у традиционных норвежских судов.

Моряки носились с берега на палубу и обратно, таская мешки и ящики по трапу. Капитан выкрикивал приказы. Выкатили колёсный подъёмный кран. И тут в шуме толпы, где-то за нами, я услышал знакомое пыхтение.

Медведица.

Я не видел её из-за столпившихся зевак, но слышал, как изменился тон их криков: по гавани прокатилось ошеломлённое «о?о?о?о?о?ох».

Я ощутил движение толпы и вскоре услышал скрип колёс телеги. Через пару мгновений я увидел её – медведицу, расхаживающую по клетке из стороны в сторону.

Она была великолепна: в выражении её длинного аристократического лица (даже мордой не назовёшь) читались чувство собственного достоинства и благородство; её шерсть сливочного оттенка напоминала белое золото.