Путешествие за Края Мира, или Невероятные приключения медвежонка Ганса и его друзей

– Это карта! – догадалась белочка Зоя.

– Совершенно верно, – прикусив губу от удовольствия, отозвался медвежонок.

Он гордился, что белочка догадалась!

– Карта! – восторженно прошептали Плюшевцы и снова уставились на таинственный кусок бумаги.

Как выглядят буквы Плюшевцы, конечно, знали, но вот дружить с ними получалось не всегда. Буквы были непослушными, не хотели складываться в слова и при каждом удобном случае спешили, либо убежать, прихватив с собою смыслы, либо складывались в недоброжелательные послания, которые совершенно не хотелось читать.

Славно складывать буквы в слова умел только один медвежонок. Самый грамотный, что Вы хотите!

– Здесь написано, – начала белочка, – пу – пуш – кры – мры.

Она смутилась.

– Пу-те-шест-вие – за – Кра-я – Ми-ра, – продолжил за нее Ганс, – наш заголовок!

– Этот кружочек, – указывая на левый угол, заметил Утюжок, – видимо, плюшевый лес?

– Да! – улыбнулся Ганс.

– А это пятно, видимо, поле? – спросил зайчик Толик.

– Бескрайний луг, – поправил медвежонок.

– Ну, на сегодня хватит. Еще по кружечке чая и спать? – спросил он.

– Да! – радостно отозвались Плюшевцы.

В плюшевом лесу, кроме песен, все любили пить чай. Чай с молоком и без молока; черный, зеленый, красный; с баранками и вареньем, пирогами, пирожками, пирожными и суфле. Одним словом, чай – это традиция и знак отличия. Ты – не из плюшевого леса, если не признаешь пяти – шести чашечек чая до вечерней песни и двух чашечек после.

Но, так как здесь были все свои, они еще посидели, полюбовались звездным небом и пошли спать. Так заканчивается наша четвертая история.

Дикий лес на подставках

…Бредут хромые дни неверными шагами,

И, вся оснежена погибших лет клоками,

Тоска, унынья плод, тираня скорбный дух,

Размеры страшные бессмертья примет вдруг.

    Шарль Бодлер, LXXV. «Сплин»

О, полон скорпионами мой мозг!

    Уильям Шекспир, «Макбет»

«Надо идти», – решили звери и двинулись к лесу.

Лес, любой плюшевый лес, в принципе, не представлял для героев никакой особой опасности. Но как быть, когда перед тобой раскинулся совершеннейший «незнакомец»?

В обычных обстоятельствах никто вглубь неизвестности не пошел бы, все мы, так сказать, звери благоразумные, но то обычные обстоятельства. Здесь же, на кону стояла жизнь друга, а это, согласитесь, многое меняет. В этих обстоятельствах даже самый страшный лес должен быть пройден.