Ветер свободы воли

Кто знает, куда это может привести? Судя по стонам снизу, для некоторых сырое каменное помещение вовсе не является препятствием для активного исполнения телесных желаний. Я вытянула из-под воротника его косу.

– Распусти волосы. – Голос мой был непривычно хриплым.

Он усмехнулся. Перехватил мои руки и прижал меня к стене, буквально распластывая по ней. А камни, между прочим, холодные и сырые! Мало приятного, надо признать. Но я же должна, по идее, не замечать этого, сгорая от желания? С трудом удалось подавить дрожь, пробравшую тело от холода.

Будем надеяться, что этот… Иллиар решит, что это от возбуждения я дрожу…

– Чего ты хочешь? Чтобы я поцеловал тебя? – спросил он.

Хм. Между просьбой распустить волосы и поцелуем же есть разница, правда? Я вроде словами просьбу озвучила, должно быть понятно, нет? Или он о своих желаниях сейчас говорит?

Я посмотрела на его губы. Полные, четко очерченные, они выглядели довольно соблазнительно. Можно и поцеловать его.

Заодно и узнаю, каково это.

– Да, – сказала я нарочно с придыханием, прикусив нижнюю губу.

Может, во время поцелуя он перестанет прижимать меня к этой противной стене? Или я в процессе постараюсь переместиться.

– Сколько тебе лет? – неожиданно спросил ригар.

– Двадцать четыре, – удивленно ответила я. Причем тут мой возраст?

– Жаль. Ты слишком маленькая для меня, – он так резко выпустил меня, что я чуть не упала.

Что? Это как вообще называется? Люди считаются совершеннолетними в восемнадцать.

А я маленькая?

Но тут ригар снова обнял меня и заглянул в глаза.

– Придется стереть твои воспоминания. Действительно жаль – ты забавная. Наши встречи доставляли мне удовольствие.

Я дернулась, пытаясь вырваться. Он собирается стереть мне память? Как Лерту? Не хочу!

– Смотри на меня, малышка, – сказал Иллиар, – ты забудешь все, что произошло в башне. С полигона ты просто пошла в общежитие и легла спать.

Мне казалось, что его глаза увеличиваются в размерах и заполняют собой все окружающее пространство.

Голос ригара слышался как будто со стороны. Я словно тонула в чернильном тумане…

– Ты все равно не вспомнишь. – Он вздохнул и погладил меня по голове. – Но ты действительно вызвала моё любопытство, Мира. Пожалуй, я подожду, пока ты подрастёшь. А пока… ты не будешь хотеть ни одного мужчину. Однажды я позову тебя… и сделаю своей.

Тут я чуть не рассмеялась ему в лицо.