Ветер свободы воли

Я осторожно открыла глаза. И правда… ничего себе. Вся комната была затянута плотными клубами сизого тумана, который окутывал моё тело. Крылья не только заполняли все свободное пространство, но и, казалось, проникали сквозь предметы мебели и даже за окно. О как! Ну да, они же состоят из того же тумана, только плотного.

– Я трудом тебя вижу, – сказала подруга. – А что ты ещё можешь? Попробуй наложить сверху иллюзию.

– Интересная мысль, – пробормотала я, сосредоточившись.

Так, подумаем… А если создать поверх тумана отражающую поверхность? Что получится?

– Мира, я вообще тебя не вижу!

– Значит, получилось, – довольно сказала я.

– Выходит, это тоже одна из твоих особенностей? Маскировка?

– Ага. Как у того ригара…

Интересно, а что я ещё умею? Знать бы ещё, как лучше это выяснить…

– Какого ригара?

– Сейчас расскажу. Только выслушай меня внимательно и постарайся не перебивать. У тебя получится?

Орилия бросила на меня недовольный взгляд и насупилась.

Но сделала так, как я попросила – молчала, пока я рассказывала ей о своих приключениях в пещерах контрабандистов и встрече с ригаром, так и оставшимся безымянным.

– Ничего себе ты погуляла, – выдала она, когда я закончила свой рассказ. – А что там делал Нирэл?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Он пообещал мне не ввязываться в сомнительные дела. Видимо, соврал.

Нирэл, к слову, официально считался моим любовником. А неофициально – сильно задолжал нашему с Лией наставнику и отдавал долг, выполняя разные его поручения.

Одним из этих поручений было сопровождать меня на мероприятиях, изображая влюблённость. А что поделаешь? Я должна вести себя как нормальная молодая девушка.

– Надо сообщить об этом в патруль. Так говоришь, этот ригар хотел защитить тебя от контрабандистов?

– Да. Очень уж сильно он прижимал меня к себе, – я улыбнулась. – Наверняка, именно с целью защиты.

– Ну да, конечно, – Лия тоже ухмыльнулась мне.

 – Мира, а тебе не хотелось… ну…

– Чего?

– Поцеловать его!

– Нет. – Я удивлённо посмотрела на подругу. – Ты же знаешь, я немного отмороженная по этой части.

Из моей груди невольно вырвался вздох. Нет, я спокойно воспринимала свою эту особенность. И не переживала по поводу того, что за двадцать четыре года жизни мне ещё ни разу не захотелось даже поцеловать мужчину, не говоря о чём-то большем.