Раз ошибка, два ошибка… Дело о деревянной рыбе

У него зелёная чешуя и грустные выпученные глаза, нарисованные чёрной краской.

– И Понг туда же. – Рене отнимает у него рыбу-меч.

– Очень похоже на поделку для «Потока мечты» нашего Бруно. Видишь белое пятно около меча?

– А окуня разрисовал Тайсон. Они выбрали по крупной рыбе, а потом напортачили с раскраской. – Рене качает головой.

– Я не понял, где же они их нашли? А ты видела?

– Не-а.

– Жаль. Может, это тот самый вор, который украл поделки из «Потока мечты». – Мы призадумались, а затем начали рассуждать вслух.

 – Наверное, они стащили рыбу из какой-то кучи мусора, – говорю я.

– Думаешь? Кто же бросит украденное перед своим же домом? – спрашивает Рене. – Как-то глупо. Всё равно что напроситься на разоблачение.

– И то правда. К тому же если их украли, то зачем потом выбросили?

– Ну, мадам Х хотела, чтобы их сняли с забора, – настаивает Рене. – Да и никто не расстроился, что они пропали. – Мы посмотрели друг на друга.

Я не должен зацикливаться. Мама говорит, что зацикливаться – плохо.

Мне надо двигаться дальше. Собаки окружают меня и смотрят в оба глаза. Они хотят, чтобы им вернули их игрушки. Я не знаю, что делать с размалёванной рыбой. Но я точно не хочу, чтобы они насажали себе заноз в языки.

– Ну, хорошо, – наконец говорю я и запихиваю рыбу в большой карман штанов.

– Наполни миски водой до краёв, – говорю я Рене. Так я оттягиваю время. Мне не хочется оставлять их. Рене поглаживает Понга, а Пинг заваливается на спину, чтобы ему почесали брюшко.

– Ребята, нам пора, – говорю я, погладив Понга напоследок.

Затем мы с Рене быстро уходим. Это как сорвать пластырь.

Закрывая дверь, я слышу, как разочарованно тявкает Пинг.

Рене пожимает плечами. Это самая тяжёлая часть работы выгульщика. Она хуже, чем подбирать какашки.

Потом мы идём ко мне, чтобы я мог сменить футболку с логотипом «Королевского выгула собак». Я остаюсь в штанах-карго, которые тоже входят в форму, и забираю свой ланч из кухни. Это пластиковый контейнер с отделениями, в которых дольки яблок и морковные палочки разложены так, чтобы они не касались сэндвича с мягким сыром.

Сегодня обходится без путаницы с пакетами. Никакой размороженной печени и стёкшей с неё крови. Печень была на прошлой неделе, когда папе пришлось упаковать мой сэндвич в обычный пакет, потому что рюкзак остался в школе. «Мы учимся на своих ошибках», – радуюсь я про себя. Я не забываю и про рюкзак. Дневник мне подписали. Мой учитель, миссис Уосли, очень трепетно относится к подписям.