Раз ошибка, два ошибка… Дело о трёхголовой змее

 – Там над Брант-Хиллз двойная радуга!

– Ух ты! – Мы замираем, не в силах отвести взгляд. – Забавно, она будто прямо над домом миссис Ирвин.

– Может, она потому и йорков по цветам назвала? – говорит Рене.

– Интересно, что у неё украли? Горшочек золота?

– Может, что-то из предметов искусства? – предполагает Рене, и мы идём дальше.

Добравшись до дома, мы застаём папу и пять меховых комочков, покидающими жилище. Псы выглядят гораздо лучше: сухими и счастливыми. Никто не дерётся.

– Пап, ты высушил их феном?

Он кивает.

– Хотел, чтобы они выглядели особенно хорошо.

На одном из йорков зелёный свитер.

– У тебя получилось!

– Вы довязали свитер Охотника? – спрашивает Рене, наклоняясь погладить пса. – Так быстро!

Йорки сбиваются в кучу вокруг Рене.

– Да. Я узнал о взломе и тут же взялся за спицы, чтобы успеть.

– Сидит отлично. И смотрится хорошо. – Я наклоняюсь, чтобы тоже почесать йорка за ушком. – Миссис Ирвин будет счастлива.

Нахмурившись, папа качает головой.

– Я так не думаю.

Другой йорк лижет мне лицо. Я зажмуриваюсь.

– Ты прав. Как можно быть счастливой, если тебя только что ограбили? Я сказал, не подумав, это моя ошибка.

Уже четвёртая, если считать по-честному.

Папа машет рукой над моей головой, будто пытаясь отогнать дурные мысли.

– Ошибка, но не такая страшная, как моя. Миссис Ирвин думает, это я не запер дверь. – Папа закрывает глаза и вздыхает. – Она уволила меня.

День первый. Ошибка пятая

– А ты правда забыл? – Я отлепляю йорка от своего лица и поглаживаю его.

– Вряд ли. Я почти уверен, что запер её. Но полицейские говорят, признаков взлома не было и дверь была открыта.

– Ты подёргал ручку двери и убедился, что она заперта, как учил меня? – Я поглаживаю одной рукой лизуна, а второй чешу живот его братцу.

– Уверен, что да. – Папа краснеет. – Я почти помню, как стоял у двери и дёргал ручку.

– Даже если и нет, в ограблении вы всё равно не виноваты, – говорит Рене.

– Разве у неё не стоит сигнализация?

– Стоит. Но, как и у всех, она сработала, как только пропало электричество, поэтому никто не обратил внимания.

Рене кивает.

– Машины тоже не проверяют, когда срабатывает сигнализация, которая всех только раздражает.

Папа качает головой. Кажется, он на себя злится.

– Обычно, закрывая дверь, я разговариваю сам с собой.