Раз ошибка, два ошибка… Дело о трёхголовой змее

 – Я иду на кухню, где у нас шкаф для метёлок, тряпья и всего такого. Рене не отстаёт от меня ни на шаг. Клянусь, я чувствую её дыхание на своей шее. Дверь шкафа открыта настежь. Странно. Я отдаю фонарик Рене и тянусь к верхней полке за полотенцем

Вдруг что-то хлопает меня по ногам. Я отскакиваю назад и толкаю Рене.

– Понг!

Он в ответ лупит хвостом по полу. Рене поднимается с пола.

– Я в порядке. – Она светит фонариком в шкаф, и мы видим чёрно-белого пса, втиснувшегося между метлой и пылесосом.

– Понг, всё хорошо.

Дома можно не бояться молний.

В луче света видно, как Понг открывает пасть, будто улыбаясь нам. Он смущён, но выходить по-прежнему не хочет.

Я снова протягиваю руку к верхней полке и стягиваю с неё кучу выцветших полотенец.

– Вот! – Я протягиваю несколько полотенец Рене, и мы возвращаемся в гостиную. Кидаю пару полотенец папе, и каждый из нас выбирает по собаке. Я обтираю Охотника, его имя написано на ошейнике. Все йорки названы по присказке про радугу, папе даже заказали для них разноцветные свитера.

Миссис Ирвин, их хозяйка, – художница, как и мистер Ковальски. Раньше они оба работали в колледже Могавк.

– Кто здесь хорошая девочка? Это Рози хорошая девочка, – воркует Рене, обтирая другого йорка.

Ещё двое носятся по комнате, убегая от Пинга и оставляя мокрые следы на диване и ковре.

– После этого вторжения маму замучает аллергия, – качает головой папа, переходя с полотенцем к очередному пёсику. – Столько собачьей шерсти. Придётся, обработать все диваны и ковры паром.

– Может, отправим их всех в подвал? – предлагаю я.

– Отличная идея! Рене, позвони маме и скажи ей, где ты.

– Уже отправила ей сообщение, – отвечает Рене. – Рози, Пинг, идём.

Я открываю дверь в подвал.

– Малыш, сюда, ко мне, – командую я Охотнику, подманивая его печеньем.

Папа сгоняет оставшихся йорков в подвал.

– Голубок, Фиалка, Золотце, вниз-вниз-вниз, – после каждой клички он щёлкает пальцами.

Мы спускаемся по лестнице.

Рене держит фонарик – единственный источник света в наводнённой неугомонными шерстяными комочками тьме.

Его луч мечется по комнате, пока она ищет диван, и собаки радостно начинают за ним охоту. Наконец Рене наводит фонарь на меня, чтобы я видел, куда иду. Собаки снова бросаются на луч. Понг мчится за ними. Теперь у нас семь собак. Один йорк спотыкается и сбивает с ног другого. Начинается драка. Пинг лает, как будто возомнил себя судьёй.

– Прекратите! – командует Рене и выключает свет.