Возвращение Бабы-Яги

В общем, слова у нее все были звукоподражательные. И откуда только она их брала? В доме не было ни собаки, ни овцы, ни поросенка. И на улице она не могли встретить этих животных, ведь они все же жили в городе, пусть и в маленьком. А гуляли они всегда поздно вечером, когда уже даже и собак не выгуливали.

Мама, папа и даже дедушка долго не могли понять, откуда у их ребенка берутся эти слова. Они в недоумении разводили руками. Но потом дедушка сказал, что Варенька, должно быть, слышала, как Маша с Глашей к занятиям школьным готовились и повторяли звуки природы.

На том и порешили. Только всем было любопытно: а почему Варенька одни звуки животных имитировала, а к человеческой речи не приобщалась. И явно не собиралась.

Когда Вареньке три года исполнилось, а она все еще только на языке животных изъяснялась, мама с папой решили ее логопеду показать. Но дедушка возмутился: «Ишь, чего придумали! У нас в семье даже попугай разговаривает! Между прочим, он тоже первые три года молчал. Да и виданное ли дело деньги платить за то, чтобы дите разговаривать научить.

Это ей просто разговаривать не с кем. Вы целый день на работе, я на кухне хлопочу, Маша с Глашей в школе, да на кружках всяких. Даже Гаврюша с ребенком не общается, потому, как в моей комнате взаперти сидит. А ведь он поболтать мастер. Так что вся надежда на него».

И дедушка перенес клетку с попугаем в Варенькину комнату. Он, конечно, помнил, как Варенька попугая из клетки выпускала. Но деваться было некуда. Кто-то же должен был с Варенькой общаться.

Дедушка оказался прав. Через месяц Варенька заговорила: «Подъем!» – кричала она в шесть утра. – На первый, второй расчитайсь! На кухню марш! Раз-два!»

А ежели кто не слушался и начинал ей объяснять, что дом – это не казарма и общаться в семье надо по-доброму, или просил ее что-нибудь по дому сделать, она тут же пресекала эти попытки: «Отставить разговорчики! Рота, смирно!».

И хоть эти приказы ничем не отличались от текста, выдаваемого попугаем, но все равно в семье были рады, что ребенок заговорил.

Однако, Варенька и шепоток свой не забыла, и когда оставалась одна, постоянно шепталась. Разговаривала подолгу с кем-то невидимым. И дедушка опять пугаться девочки стал. Особенно, когда подслушал как она еще и со всякими вещами в квартире разговаривает да шепчется. И очень часто после этого шепотка, войдя в комнату Вареньки, дедушка замечал, что вещи лежат совсем в других местах, а мебель переставлена.